— Его зовут Реджинальд. Но я зову его Реджи. — Фамилию я не назвала: я всё ещё не была уверена, что он сообщил мне настоящую, учитывая полное отсутствие интернет-следов какого-либо Реджинальда Кливза. Это явно был тревожный звоночек, но у меня не было ни сил, ни времени вникать в это сейчас. — Он ждёт не дождётся, когда познакомится со всеми. — Впрочем, это, наверное, правда: одной из его главных заявленных причин было то, что ему покажется забавным разыграть незнакомцев.
Щенок всё ещё лаял, наверное, недоумевая, почему родители не обращают на неё внимания.
— Подожди секунду, дорогая, — сказала мама. — Хлое пора на вечернюю прогулку. Мне только нужно убедиться, что папа готов её выгулять.
Мама пробормотала что-то нечленораздельное; папа ответил на заднем фоне чем-то, что очень напоминало: «Но я не хочу это пропустить».
— Спасибо, Джон, — услышала я, как сказала мама. — Пакетики для какашек Хлои в ящике возле холодильника.
— Как щенок? — спросила я, стараясь не рассмеяться над тем, что мама сказала «пакетики для какашек». Если она когда-нибудь в жизни произносила слово «дерьмо», я при этом точно не присутствовала.
— О, она прелесть, — счастливо ответила мама. — В общем, вернёмся к тому, о чём мы говорили… Его зовут Реджинальд?
— Да.
— Чудесно, — сказала мама. — А какой он?
Я замялась. Не могла же я прямо сказать: «Ну, мам, он довольно странный парень, о нём нет ни малейшего следа в интернете, но он ещё и довольно симпатичный, и в тот вечер, когда он предложил мне притвориться, что мы целуемся, чтобы сбить со следа преследователей, я не могла перестать думать о том, какого вкуса его губы».
Стоило ли приукрасить? Инстинкт подсказывал, что да. Но что, если родители настроятся на слишком высокие ожидания, а потом будут в ужасе, когда увидят Реджи во всей его чудной красе на свадьбе?
— Он… — я прикусила губу, понимая, что у меня это плохо получается. — А что ты хочешь знать?
— О, — мама явно не ожидала, что придётся вытягивать из меня информацию. — Ну, посмотрим… Для начала: кем он работает?
В голову пришла дюжина вариантов, но ни один не подходил. Сказать, что он бухгалтер? Да никогда. Кто шутит посреди ночи о том, что он вампир, тот точно не сойдёт за бухгалтера в глазах любого, кто хоть раз видел живого бухгалтера. Та же проблема с юристом или врачом.
— Он… работает в сфере технологий? — пробормотала я, морщась от того, как неуверенно это прозвучало. Но потом поняла, что это идеальная ложь. Никто в нашей семье не был связан с IT, и родители о нём ничего не знали. Даже если Реджи тоже ничего не смыслит в технологиях, шанс, что кто-то раскроет обман до свадьбы Гретхен, минимален.
К тому же его эксцентричность вполне вписывалась в стереотипные представления о технобратьях. Кто знает, может, он и вправду один из них.
— Технологии? — переспросила мама. — А что именно он там делает?
Чёрт.
— О, — я нервно хихикнула. — Я бы вряд ли смогла толком описать его работу. К тому же он сам хочет всё вам рассказать. В воскресенье.
Невероятно, но мама приняла это за чистую монету. — Прекрасно. Мне будет очень интересно послушать про его карьеру.
Мне тоже. Как только этот звонок закончится, мне срочно нужно будет написать Реджи и предупредить, что ради всей этой истории ему придётся притвориться айтишником.
— А где вы познакомились? — допытывалась мама.
Чудом мне сразу пришёл правильный ответ.
— Мы встретились в офисе.
Технически это правда. Конечно, когда он врезался в меня на тротуаре, мы были не в здании офиса, но это уже детали.
— Вы встретились на работе? — мама явно заинтересовалась. Я слегка расслабилась. Но тут она спросила: — Но ты же только что сказала, что он работает в технологиях? Он тоже бухгалтер?
— Эм, нет, он… не бухгалтер. — Чёрт. Чёрт. — Он… не работает со мной. Мы просто встретились в офисе. — И, словно мне было мало, я добавила: — Иногда он делает для нашей фирмы кое-какие айтишные вещи.
— Чудесно, — снова сказала мама. На заднем плане пробормотал что-то папа. Хлоя ещё раз тявкнула, и я услышала щелчок закрывающейся двери. Видимо, прогулка началась. — Что ж, я с нетерпением жду встречи с ним в воскресенье. Так здорово, что тётя Сью устроила это для друзей и семьи, чтобы отпраздновать помолвку Гретхен до того, как начнётся свадебная суматоха.
— Да, — сухо согласилась я. — Очень здорово.
— Мне пора, — сказала мама. — Урок йоги начинается через двадцать минут. Но я просто хотела сказать, как мы с папой счастливы, что ты идёшь на свадьбу с кем-то. Мы переживаем за тебя, за то, как много ты работаешь, и нам бы очень хотелось увидеть тебя счастливой.
Я крепко зажмурилась, силясь не отвечать на это.
— Пожалуйста, передай своему новому кавалеру, что мы с папой не можем дождаться встречи с ним.
Я чуть не возразила, что наш с Реджи «роман» недостаточно серьёзен, чтобы называть его «моим мужчиной». Рефлекторная реакция — результат всех тех лет, когда мне приходилось отвоёвывать хотя бы крупицу личного пространства.
Но я подавила этот порыв. Дать им понять, что всё это не по-настоящему, означало бы перечеркнуть саму цель всей затеи.
