– Черт! – Глен побежал к Люку.
– Ты товарища своего уноси сейчас же. Это безобразие! – тут же принялась отчитывать его маленькая женщина.
– Развелось же…
– И куда смотрят родители?!
– Конечно, общественное место! – подхватила другая.
– Извините. Извините. – только повторял Глен, закидывая на плечо друга.
К нему на помощь поспешила раскрасневшаяся от стыда Сидни: ей и раньше приходилось таскать на себе Люка, и всякий раз она сгорала от стыда перед людьми, она пыталась не думать о том, что среди толпы окажутся ее знакомые или, что хуже, одноклассники. И уж совсем не хотела думать, что кто-то сердобольный снимет это все на телефон и выложит в сеть. Она перекинула вторую руку Люка через свою шею, и они потащили к выходу недвижимое тело.
– Стоять! А коньки!?– заголосил администратор.
Не мало времени и сил ушло, чтобы разуть Люка. В какой-то момент он начал брыкаться и махать руками, один раз попал Сидни по лицу, а когда на него попытались надеть его же сапоги, по лбу коленом получил и Глен.
– План такой, – начал Глен, когда они, наконец-то, выволокли Люка на улицу, – сейчас вызовем такси, я отвезу его домой, благо ключи у него в кармане звенят. Вы найдите место, где можно посидеть и согреться. Я занесу этого синяка и вернусь к вам.
– Не было печали! – бурчала Пэт, вышагивая позади. – Откуда он вообще достал выпивку? Там не продают алкоголь! Устроил цирк. Позорище какое!
– Думаю, он принес его с собой. – Заключила Зум-Зум. – Поэтому он и пропал сразу, как пришел.
Сид молчала до самого приезда машины. Чтобы втиснуть в салон Люка, Глен с Патрицией тянули его с одной стороны, Сидни и Зум-Зум пихали с другой стороны, охреневший водитель бегал вокруг них и ругался самыми крепкими словами. Когда машина выехала на дорогу, девчонки вздохнули с грустным облегчением.
– Что это у тебя на лице? – Зум-Зум приблизилась к Сид.
– Люк. Не осторожно. – Сид ощупала припухшую скулу.
– Пойдемте ко мне. Приложим лед к твоему лицу. Да и Глену будет ближе туда добраться. – Предложила Зум-Зум.
–Алле! – Патриция развела руками. – Зима на дворе! Снег приложи.
– Знаешь, Пэт, тебе идти не обязательно. Мне вообще нет до тебя дела. А вот Сидни мазать грязный снег с обочины на рану я не позволю! Мы идем ко мне, и точка!
Зум-Зум звучала так повелительно, что сам Чингиз Хан, будь он здесь, не осмелился бы спорить с ней, да и у самой Сидни пропало всякое желание продолжать гуляние. Всю дорогу до дома Пэт шла позади. Она набрала Глена бессчётное количество раз, а он так и не взял трубку. Путь домой занял у них час времени, обувь у всех троих промокла, и как только они ввалились в квартиру, то поскидывали сапоги и окружили обогреватель.
– Сейчас чай поставлю, вы присаживайтесь пока. – Зум-Зум ушла на кухню.
– А где твои родители? – спросила Сидни.
– Они ушли на день рождения. Когда придут, неизвестно. – кричала Полин через коридор. – Хотя они не любят посиделок, полагаю, что скоро вернуться.
– Ой, и не зачем так орать. – шипела Патриция.
– А у вас миленько. – кивала Сид, огладывая квартиру. – Чисто. Как водится, все познаётся в сравнении. У нас бардак никто не разбирает, он только копится и копится, если вырастет еще немного, то я уже в комнату не зайду.
– Так чего ж ты ждешь? Руки, наверно не отвалятся. – сказала Пэт.
– Глен точно так же сказал, когда приходил. – засмеялась Сид.
– Что? Глен бывает у тебя в гостях?
Будь Патриция змеей, то скорее всего завязалась бы в узел от гнева – ее тело вдруг согнулось, она затопала ногами, а ее руки двигались в кошмарном танце. Сидни стояла к ней спиной и не заметила, как в безмолвном крике растянулся ее красный рот.
– Да, раньше заглядывал чаще, – Сидни разглядывала красивую шкатулку из розовых бусин, – потом появилась Зум-Зум со своими тренировками, потом ты… Раз в месяц заглядывает, не чаще. Зум-Зум, а что это за прелестная вещица? Шкатулка сшита из бус?
– Погоди, погоди! Сид, и ты только сейчас мне об этом говоришь?! – Пэт встала в позу.
– Чего? – оторопела Сидни.
– И чем вы занимаетесь? Просто интересно. – голос Патриции всегда становился визгливым, когда она сердилась.
– Сплетаем наши тела в страстном любовном акте, разумеется. – Засмеялась Сид, она все еще не видела, как сжались кулаки Патриции, как раздулись ее ноздри. – Ой, брось. Мы болтаем. Ты не поверишь, но у нас найдется сотня тем для разговоров. Мы же друзья, вроде как.
Сид обернулась и вздрогнула – Пэт стояла в десяти сантиметров от нее, красное лицо покрылось испариной. И не известно, что случилось бы дальше, если бы не раздался звонок в дверь. Это явился Глен. Он был раздет до рубашки, его свернутая в комок куртка была вымазана грязью, только когда он плюхнулся на пуфик в прихожей, Зум-Зум заметила, как он вымотан.
– Глен, ты пришел! – Пэт кинулась ему на шею и поцеловала. – Фу! Что за вонь?!
– Блевотина. – равнодушно ответил он.
– Твоя? – отшатнулась Патриция.
