— Ты идиотка, — я смеюсь. Хотя в чем-то она права. Мне нужно выкинуть Ашера из головы, для моего же блага.
Двадцать минут спустя мы уже рассекаем по I-20 на моей черной VW Jetta. Мы всего лишь в пятнадцати милях от дома, но все вокруг уже кажется другим. Ни освещения, ни шума, ни заправок на каждом углу. Лишь длинная, жуткая, грязная дорога, ведущая в старую конюшню.
— Что-то ты затихла.
— Я за рулем, — я пожимаю плечами.
— Ты нервничаешь, — замечает подруга.
— Как скажешь.
Я паркуюсь рядом с несколькими машинами и грузовиками, которые не узнаю, и глушу двигатель. Без лишних слов Нат дает мне помаду, которой только что накрасилась, я же вручаю ей жвачку после того, как закинула одну себе в рот. Накрасив губы, я передаю ей тюбик, и в этот самый момент раздается громкий стук в окно.
— Господи! — кричит Нат, я же издаю звук больше похожий на писк, и за окном раздается хохот. Открыв дверь машины, я вижу Бретта и Джексона с идиотскими улыбками на лице и пивом в руках.
— Это для тебя, Брайар, моя леди, — говорит Джексон и вручает мне пиво с театральным поклоном. Я до сих пор пытаюсь успокоить дыхание и неистово бьющееся сердце, но все же беру банку и гляжу на парня.
— Вы, парни, те еще придурки, — мямлит Натали, забирая пиво из рук Бретта.
— Чьи все эти машины? — я засовываю телефон в задний карман и оставляю ключи в зажигании на тот случай, если нам понадобится резко уехать. Местные копы уже знают о растущей популярности данного места, и я слышала, что они стали заглядывать сюда гораздо чаще.
— Часть принадлежит нашей группе, насчет остальных не уверен. Но думаю, что они здесь по той же причине, что и мы.
— Нет ничего лучше, чем отпраздновать окончание учебного года в старом разваливающемся здании. Юху-у, — говорю я и слабо вскидываю в воздух кулак, сарказм сквозит из каждого моего слова. Я шокирована, что Джексон счел это место достойным для вечеринки. Тут его скорее найдут мертвым, чем веселым.
— Не будь неженкой, — говорит Нат, берет меня за руку, и мы вместе идем к Треку.
Мы приближаемся, и я замечаю огромные ворота и забор, который окружает здание по периметру. Я подхожу ко входу и кручу замок.
— Видимо они вламываются.
— Он всегда заперт. За мной, мадам, — говорит Джексон и указывает на дыру в заборе. — Все уже внутри. Мы лишь вышли за вами, девчонки.
Нат хихикает, совершенно не заморачиваясь о происходящей вокруг стремной фигне, и пролезает в отверстие, на которое указал парень. Я вручаю пиво Бретту и следую за ней, но ремень на джинсах цепляется за торчащий из забора прут. Теплая ладонь опускается на мою поясницу, и я оборачиваюсь.
— Кажется кто-то застрял, — Джексон ухмыляется и невинно пожимает плечами. Я стою на коленях, часть меня уже пролезла под забором, но задница осталась снаружи. Джексон удерживает мой взгляд, в то время как на ощупь отцепляет ремень. Я задумываюсь, вспоминает ли он о той ночи? Сожалеет ли? Знает ли, что я — да? Не могу сказать, что это была его вина. В тот вечер у меня была важная миссия по саморазрушению, и мне посчастливилось оказаться с кем-то хотя бы немного порядочным.
— Спасибо. — Не знаю, что еще сказать в таком положении или что чувствовать. У меня есть склонность к чрезмерному анализу, поэтому для меня же лучше сейчас не пытаться придавать случившемуся особого значения. Я встаю, отряхиваю грязь с колен и пытаюсь привести волосы в порядок. Бретт возвращает мне пиво и лезет следом, в то время как Джексон перелезает через забор как хренов ниндзя. Он приземляется прямо передо мной, выглядя до чертиков самодовольно. В ответ я лишь изгибаю бровь.
— Я должна быть сражена наповал или что?
— Только если ты не хочешь ранить мое хрупкое эго, — говорит Джексон, наигранно прижав руку к сердцу. Он по-настоящему прекрасен в своей типично американской манере богатенького мальчика: светло-каштановые волосы, высокие скулы, волевая челюсть. Он высокий, крепкий и явно не воспринимает себя слишком серьезно. Возможно, я его недооценила.
Как только мы приближаемся к огромному устрашающему зданию, нервозность и предвкушение узлом скручиваются в моем животе, а волоски на шее встают дыбом. Жаркий августовский воздух слишком душный, и капелька пота скатывается по моей шее. Я направляюсь к старому, ржавому турникету и в этот момент замечаю свернутую возле входа колючую проволоку. Джексон закидывает руку мне на плечи и дергает головой вправо с эдакой улыбкой Кена на губах. Он ведет нас к другому входу, на этот раз с вертикальными прутьями. Сначала я не совсем понимаю, почему мы выбрали этот путь, но затем замечаю, что один из прутьев отогнут, образуя проход. Колючая проволока и двойной забор… Это, конечно, заставляет задуматься, что же здесь произошло и почему кто-то так старается оградить это место от посторонних.
Прежде чем я успеваю спросить, как мы проникнем в здание, Бретт опускается к отверстию с отвесными стенами. Он скатывается вниз, будто по бетону, и Нат, тот самый человек, которому наплевать на последствия, опускает свое пиво и на попе скатывается вслед за парнем.
