— Это такой куст (прим. Briar (англ.) — шиповник), — ответила я, не скрывая отвращения. Парень прикрыл рот свободной рукой, пытаясь спрятать улыбку. — Но мое имя из «Спящей красавицы», — продолжила объяснять я. — Настоящее имя принцессы Авроры — Брайар Роуз.
— Что-то твои родители не похожи на фанатов Диснея, — невозмутимо ответил он и рассмеялся, потому что это было правдой.
— Думаю, моя мама когда-то и была.
— Но все же ты выглядишь как принцесса.
— Расскажешь мне о своей матери? — спросила я после воцарившегося молчания. Парень глубоко вздохнул, обратив свой взгляд на звезды.
— Ее звали Изабель. Она была из богатой семьи и, встретив моего отца, вскоре забеременела мной. Она была прекрасна. Любила обниматься. И всегда обыгрывала меня, в какую бы видеоигру мы ни играли.
Я рассмеялась, потому что даже предположить такого не могла.
— Она погибла, спасая меня, — объяснил он, и эти слова стерли улыбку с моего лица. — Я весь день собирал рампу для своего велика. И я решил опробовать ее перед домом. Движение в нашем районе никогда не было насыщенным, так что я даже не задумывался об этом.
Я задержала дыхание, не зная, какой оборот примет эта история.
— Моя мама въехала на подъездную дорожку с полным багажником продуктов. Она помахала и улыбнулась мне, но я в ответ не сделал ничего. Я был слишком занят трюком, который у меня никак не получался. Я пытался снова и снова, в то время как музыка гремела из моих наушников. С каждым разом я все выше прыгал и все сильнее терял бдительность. И в последний момент, я даже не понял, как это произошло, буквально подлетел. Приземлившись посреди улицы, я не услышал, но увидел стремительно приближающийся ко мне большой белый Dodge Durango. Из-за ушибленной ноги я не мог резко встать и отойти. Я видел, как машина пыталась уйти от столкновения, и как моя мама ринулась ко мне. Помню, как развивались ее темные волосы пока она бежала. Не знаю почему, но этот момент четко отпечатался в памяти. Она успела вовремя оттолкнуть меня, но сама попала под колеса.
— Мне так жаль, — тихо прошептала я, вытирая слезы. Что еще можно сказать в такой ситуации? Это худший детский кошмар.
— Мой отец винил меня. Я сам винил себя. И с того момента все изменилось.
— Ты был лишь ребенком, Эш. Это не твоя вина.
— Ага, — уклончиво ответил парень, и я знала, что он не поверил мне.
— Думаю, она бы мне понравилась, — сказала я, подразумевая его мать. — По твоим рассказам она была полной противоположностью моей мамы.
— Ты бы тоже понравилась ей.
