Мы подъезжаем к старому зданию. Вокруг непроглядная темнота и устрашающе тихо, единственный звук — щебетание сверчков и отдаленный шум шоссе. Ашер берет меня за руку и, не проронив ни слова, ведет меня через ворота, через дыру в ограждении, и наконец-то мы входим в здание. Изящность и утонченность встречаются с разрухой и ветхостью, когда мы заходим внутрь, все еще одетые в вечерние наряды. Я задумываюсь о том, проводились ли и здесь вечера, подобные тому, на котором мы присутствовали сегодня. Если двое несчастных влюбленных когда-то уединялись среди переполненного здания точь-в-точь как мы, мне интересно, как сложилась в итоге их судьба.
Я бесцельно слоняюсь вокруг, никто из нас не произносит ни слова, но обоим нужно произнести столь многое. Стиснув зубы, я наконец-то решаю нарушить тишину.
— Куда ты уезжал? — переходя сразу к делу, спрашиваю я. Он знает, что я подразумеваю прошедшие три года, и, прежде чем ответить, посылает мне долгий взгляд.
— Это длинная история, — начинает он. — Но важная ее часть заключается в том, что в итоге я осел в маленьком городке в Северной Калифорнии под названием Ривер-Эдж.
— И? — продолжаю я, нуждаясь в большем количестве информации, чем то, что он сказал.
— И я встретил парня по имени Дэйр, у которого была собственная кровельная компания. Он взял меня к себе, обучил тонкостям работы, а затем, когда он занялся открытием своего тату салона, я вроде как занял его место.
— Ох.
Не знаю, что и сказать. Он всегда хотел уехать, и я прекрасно понимала почему. Но я никогда не задумывалась об этом моменте всерьез. В глубине души мне всегда казалось, что его отъезд окутан каким-то большим секретом. Что-то типа тюрьмы или частной школы. Но тот факт, что он просто… начал все заново где-то в другом месте? Это больно, хотя не должно бы быть.
— Что насчет тебя?
— Что ты имеешь в виду? — смутившись, спрашиваю я.
— Чем ты занималась, пока меня не было?
Я пожимаю плечами.
— В основном, школа. Играла роль рефери всякий раз, когда Дэш и отец сталкивались. Как обычно.
— Все еще хочешь быть медсестрой?
Шокированная, я смотрю на него. Я упоминала это лишь однажды, когда мне было где-то четырнадцать.
— Хочу… — произношу я и смолкаю.
— Но?
— Но мой отец никогда не поддержит этого. Он все еще в ярости из-за того, что Дэш не пошел в Гарвард. — Он еще не знает, что в ящике комода у меня хранится целая пачка писем с подтверждением о поступлении. Я еще не выбрала что-то конкретное, а сейчас уже слишком поздно это делать.
— На хер твоего папашу, — мрачно отвечает Эш с большей злобой, чем того подразумевал наш разговор. — Чего хочешь
— Честно? Мне все равно. Абсолютно. — Проблема в том, что я хочу заниматься всем и ничем одновременно. И независимо от того, чем я занимаюсь, я боюсь взять на себя ответственность и подвести кого-либо.
— Тогда никому ничего не говори. Или возьми год передышки, чтобы понять, чем ты хочешь заниматься в дальнейшем. Жизнь слишком коротка, чтобы жить по чужим правилам.
Я киваю, понимая, что он прав, но Эш не совсем осознает всю ситуацию. Очень трудно сказать «нет» моим родителям.
— Давай сыграем в игру, — говорю я, меняя тему. Ашер подозрительно косится на меня.
— Окей… — он растягивает это слово. — Что ты задумала?
Его пальцы скользят вверх по моим бедрам под платье, поглаживая обнаженную кожу. И вот я снова хочу его.
— Не в такую игру. В игру с вопросами. Я спрашиваю тебя, а ты даешь мне честный ответ,
— Идет, — соглашается он, и мы направляемся в сторону трибун через комнату, которая когда-то была фудкортом. В здании так тихо, что я буквально слышу звук падающих на пол капель в противоположной его части.
— Получается, ты не спал с Уайтли, пока тебя не было?
Ашер резко останавливается и с убийственно серьезным выражением лица поворачивается ко мне.
— Ни разу. Я даже не видел ее, пока меня не было.
Я киваю и жду его вопрос.
— Какая-то часть тебя все еще хочет Джексона? — он не тратит времени на расспросы. Я более чем уверена, что он и сам знает ответ на этот вопрос, но решаю подтвердить его ожидания еще раз.
— Ни капли. — Я говорю это с той же честностью, с которой он ответил мне. — Он был мил, а ты уехал. — Я пожимаю плечами, как будто это все, что я хотела сказать. Да и добавить больше нечего было, честно говоря.
— Ты собираешься снова уехать? — спрашиваю я, озвучивая свой самый большой страх.
— Скорее всего, — честно отвечает он. Голова парня опущена, руки в карманах, тело склоняется к темному небу, виднеющемуся сквозь огромные окна, в то время как я медленно погибаю внутри себя.
— Почему ты помогла моему отцу?
Я втягиваю воздух. Я знала, что он спросит об этом.
— Прости, — начинаю я, но он поднимает руку и прерывает меня.
— Это не прямой ответ, Брай.
— Хорошо. — Он прав. — Эм, потому что мне было жаль его. Я чувствовала, что он по-настоящему сожалеет о том, как относился к тебе. И я знала, что он все еще был твоим отцом. Я хотела заботиться о нем ради
