Не переставая таращиться, мужчина широко раздвинул ноги, с легкой улыбкой на губах демонстрируя, что его боец окреп, возвышаясь до пупа.
Ох, черт. В эту секунду ладонь непроизвольно потянулась к резинке пижамных шорт. Сжав набухшие складки, с моих губ сорвался тихий сдавленный стон.
– Хочешь, я прямо сейчас перелезу через забор и проберусь к тебе в спальню?
С мучением наблюдала, как его грудь покрывается испариной.
– Нет. Уговор дороже денег… – пробормотала севшим голосом, потому что Гвидон поднес камеру прямо к своему большому толстому стояку.
– Тогда покажи, как ты ласкаешь себя, когда думаешь обо мне… – от нарастающих эмоций внизу живота, мои щеки стали ярче ранеток.
– Стяни шорты и раскройся. Отбрось стыд. Просто представь, что это мои губы покрывают тебя жадными поцелуями. Знаешь, что я сделаю первым делом после того, как неделя воздержания подойдет к концу? Устроюсь промеж твоих стройных ног и хорошенько покусаю. Поняла?
Соски затвердели от нарастающего возбуждения. Его тихий охрипший голос приятной вибрацией отдавался внизу живота.
– Что еще мы будем делать, когда неделя подойдет к концу? – медленно приспустила шортики.
– Отпразднуем безудержным трахом, и я больше никогда тебя не отпущу, – его слова затронули особые струны сердца. – Раскройся, котик, и покажи, с чем моему дружку придется работать! У нас ведь не паханное поле работы впереди… – его голос лился уверенным журчащим ручьем, заставляя меня бесстыдно течь. – Бл*. – Царев пробормотал что-то бессвязное, когда я выполнила его приказ, широко раздвинув ноги перед камерой. – Погладь сиськи, а потом подразни себя! Не терпится посмотреть, как ты будешь дрожать от оргазма… – и без того темные глаза Гвидона приобрели оттенок грозовой южной ночи. – Мне хочется вонзиться в твое тело, котенок. И заниматься любовью по всем правилам. Быстро. Медленно. Безудержно. Вдалбливаться в тебя, а потом замирать на несколько мгновений, забирая твои влажные губы в плен…
Кончики пальцев сосредоточились вокруг распухшей горошинки, кожу начало жечь. Покусывая кончик языка, я наблюдала за тем, как Гвидон неторопливо поглаживает головку, мечтая, заменить его руку своей ладонью. Пульсация между ног усилилась, соски торчали, как стальные пули. От его пронзительного взгляда я застыла, не в состоянии пошевелиться.
– Ну же, Ассоль, покажи, как ты будешь дрожать. Приблизи камеру. Я не хочу пропустить ни секунды…
С быстрым легким выдохом я усилила скорость движений пальцев, бесстыдно демонстрируя себя по видеосвязи. Вдруг Гвидон издал еле слышный гортанный звук. Область вокруг пупка покрылась мурашками. Я почувствовала, что приближаюсь к кульминации…
– …Не перестаю думать о тебе ни на секунду. И я хочу, чтобы каждое наше свидание доставляло тебе удовольствие, котенок. Что скажешь?..
Я не могла говорить. Тело превратилось в сгусток раскаленной лавы. Стук моего сердца отдавался в ушах.
– …Предлагаю сейчас встретиться в моей тачке и просто целоваться. Мучительно долго целоваться, пока оба не кончим…
От этого невинного предложения что-то внутри взорвалось. Оргазм накатил, как штормовая волна. Мышцы внизу живота начали сжиматься и разжиматься. Слышала, каким тяжелым и хриплым стало дыхание мужчины. Я знала, он тоже подошел к пику наслаждения.
– Ассоль, я думала, ты спишь! У тебя все нормально? – озабоченный голос за дверью в одночасье вырвал с небес.
Мне пришлось прервать сеанс видеосвязи.
Расстегнув верхнюю пуговицу, стало гораздо легче дышать. Я стояла перед зеркалом, с особой придирчивостью разглядывая длинный белоснежный сарафан, отстроченный кружевом, потому что подходило время для завершающего свидания этой поразительной недели.
Пусть началась она и неважнецки, в какой-то момент мы оба вошли во вкус, получая неимоверное удовольствие от происходящего. За несколько вечеров, проведенных вместе, Гвидон открылся с новой стороны. Оказывается, он умел вести себя, как серьезный молодой мужчина. До джентльмена, конечно, еще далековато, но и образ распутного робота-червяка остался за бортом. Думается, прежнего соседа-извращенца похитили инопланетяне, отправив высаживать кактусы на Марс.
Чувство, с каждым днем всё сильнее разраставшееся в груди, не давало нормально дышать. То, что происходило между нами, пугало и завораживало одновременно. А главное, я не могла понять, когда случился тот самый переломный момент… И был ли хоть малейший шанс устоять перед его мужским колдовством?
Блуждая придирчивым взглядом по своему отражению в зеркале, я еле сдержала улыбку, вспоминая прогулку на велосипедах в окрестностях поселка – Гвидон поразил меня, проехав несколько метров с закрытыми глазами, не используя рук!
На следующий день он отвел меня в кино на самый нудный фильм в истории кинематографа. Судя по всему, сделал это умышленно, потому что половину сеанса мы развлекали друг друга искусственным дыханием рот в рот.
