На последнем этаже было три квартиры. В каждую вели серые высокие двойные двери. Судя по их расположению, квартира Даггера выходила окнами на пляж. Профессор ответил на стук Майло практически мгновенно. В руках он держал свернутый в трубочку журнал, с цепочки на шее свисали очки для чтения.
Одежда Даггера мало чем отличалась от вчерашней: белая рубашка с завернутыми до локтей рукавами, бежевые штаны, коричневые туфли на каучуковой подошве. Я прочитал название журнала: «Ю-Эс ньюс».
— Доктор Даггер? — спросил Майло, одновременно показывая значок.
— Да, а в чем дело?
Я стоял за спиной Майло, поэтому Даггер не мог меня рассмотреть.
— Мы хотели бы задать вам несколько вопросов.
— Полиция? Мне?
— Да, сэр. Можно войти?
Даггер не пошевелился, все еще ошеломленный. Через дверь я увидел окно во всю стену, пол из черного гранита и бескрайний океан. То, что я смог разглядеть из мебели, казалось безвкусным и не особо дорогим.
— Извините, я не понимаю, — сказал он, снова обретя дар речи.
— Мы пришли поговорить насчет Лорен Тиг.
— Лорен? А что с ней?
Майло сказал. Даггер смертельно побледнел и покачнулся. На мгновение я подумал, что он упадет в обморок, и приготовился ловить его. Однако доктор устоял на ногах, расстегнул воротничок рубашки и так сильно прижал ладонь к щеке, словно там была рана, а он пытался остановить кровотечение.
— О нет.
— Боюсь, это правда, доктор. Вы хорошо ее знали?
— Она работала на меня. Ужасно… Боже мой! Заходите, пожалуйста.
Пентхаус оказался довольно просторным. Небольшое понижение уровня пола увеличивало размер стеклянной стены и делало вид из окна еще более впечатляющим. Снаружи не было ни балкона, ни террасы — только воздух и бесконечность океана. На одной из стен в апартаментах висели металлические полки с книгами и журналами. Из открытой кухни не доносилось никаких запахов еды. Женской руки и уюта в квартире тоже не чувствовалось. В первую нашу встречу в лифте я не обратил внимания на руки Даггера, но теперь сделал это. Обручального кольца не было.
Даггер сел и опустил голову на руки. Когда снова поднял глаза, то смотрел на Майло. На мне он взгляд так и не сфокусировал.
— Ради Бога, объясните, что происходит.
— Кто-то застрелил Лорен и бросил тело в аллее. У вас есть предположения, кто бы мог совершить подобное?
— Нет, конечно, нет. В это невозможно поверить. — Грудь Даггера судорожно поднималась и опускалась от быстрого дыхания. — В это просто невозможно поверить.
— Какую работу выполняла для вас девушка, сэр?
— Она помогала проводить исследование. Я — психолог-экспериментатор.
— Какое исследование, доктор?
Рука Даггера безвольно опустилась.
— У меня небольшая фирма маркетинговых исследований. В основном мы работаем с рекламными агентствами — изучаем фокус-группы, проводим опросы населения и другие подобные вещи… Бедняжка Лорен! Когда это произошло?
— Несколько дней назад. А когда вы видели ее в последний раз?
— Прошло уже две недели. У нас временный перерыв в работе.
— Что изучала Лорен?
— В общем-то исследование, для которого я ее нанял, связано с изучением личного пространства человека. А какое это имеет значение?
Вместо ответа Майло посмотрел в упор на Даггера. Это был один из его приемов, и некоторых людей он таким образом заставлял нервничать. Даггер отвел глаза и посмотрел в мою сторону. За время разговора он в первый раз обратил на меня внимание и удивленно раскрыл рот.
— Это вас я видел в лифте вчера? Вы за мной следите? Зачем?
Майло заранее подготовился к такому вопросу.
— Сначала давайте обсудим более важные моменты. Расскажите, пожалуйста, о роли Лорен в вашем исследовании.
Даггер смотрел на меня еще какое-то время. Потом ответил:
— Лорен работала в качестве «подсадной утки». Но… — Он не договорил и покачал головой. Его лицо все еще оставалось мертвенно-бледным.
— Что «но», сэр?
— Я собирался сказать ей… В общем, ее работа могла оказаться ненужной. Хотя, уверен, мои слова ничего для вас не значат.
Даггер потеребил цепочку от очков.
— Что вы имеете в виду, говоря о «подсадной утке»?
— Это распространенный прием в психологии.
— Я не психолог, сэр.
— Она играла роль.
— Выдавала себя за кого-то другого?
— Что-то вроде. Участвовала в эксперименте наравне с остальными…
— …а на самом деле изучала испытуемых?
— Да, здесь присутствовал некоторый обман, только, повторяю, это стандартный прием в социальной психологии.
— Некоторый обман?
— Когда опыт окончен, мы всегда ставим в известность людей, участвовавших в эксперименте.
— Говорите им, что их провели?
— Да.
— А как люди реагируют, доктор?
— Проблем не возникает, — сказал Даггер. — Мы хорошо платим, и они довольно добродушно ко всему относятся.
— И никого это не раздражает? — спросил Майло. — Никто не захотел бы отыграться на Лорен?
— Конечно же, нет! Вы, наверное, шутите. Нет, детектив, мы никогда не встречались с проблемами подобного рода. Мы заранее тестируем будущих участников эксперимента и отбираем только психологически уравновешенных людей.
— Даже при том, что проводите психологический эксперимент?
— Я не интересуюсь аномальной психикой.
Майло спросил:
