— Да, почти что все. Известно еще, что он часто встречался с местным святым пиром Бабой. Они толковали о жизни, о религиях. Раньше, должно быть, здешние люди больше знали о нем, да вот беда — от прежнего Бидара ничего не осталось. Пропали труды бидарских пиров, ученых и каллиграфов. При нашествиях маратхов, биджапурцев и Аурангзеба погибли бессчетные рукописи и книги. Семьи многих исконных бидарцев навсегда покинули насиженные места. Делать тут нечего, нечем жить. Был великий город, и ничего от него не осталось.
Бидарская крепость — одна из самых мощных на всем Декане. Стены ее восемь раз выдерживали длительные осады, но ее ни разу не удалось взять приступом.
Расположенная на крутом обрыве крепость ощетинилась зубчатыми стенами. Подступы к ней сторожат глубокие рвы, вырубленные в гранитном ложе. Между зубьями стен и боевых башен до сих пор заметны желоба (с их помощью на головы врагов лили кипящее масло), углубления для пороха, ядер и пуль, широкие прорези для стрельбы из тогдашних тяжелых ружей.
Мы начали осмотр бидарской твердыни с того, что въехали с восточной стороны в большие ворота Шираз Дарваза, построенные Аурангзебом. Затем последовали вторые массивные ворота Наубат Дарваза, украшенные цветными изразцами и великолепными арабскими надписями. Третьи ворота — Гумбад Дарваза — вели в самую крепость.
— Эту часть крепости между воротами мы осмотрим позже, — сказал Саэд Мохаммед. — Все ее постройки были возведены при Баридах. Сейчас здесь находятся городские учреждения и музей. Начнем с Соборной мечети.
Слева от ворот Гумбад Дарваза открывался вид на простую по архитектуре, но необыкновенно внушительную Соборную мечеть и на руины личных апартаментов Бахманидов. Мечеть сохранилась очень хорошо. В «божьем доме» грабить было нечего. Зато некогда роскошные дворцы шахов были буквально сровнены с землей.
Соборная мечеть Бахманидов носит название Солах кхамб масджид (Мечеть шестнадцати колонн), потому что фасад ее поддерживают шестнадцать массивных колонн, облицованных желтоватым алебастром. Восемьдесят круглых колонн поддерживают ее крышу. Полы мечети выложены каким-то прочным камнем, который до блеска отшлифовали за века ноги молящихся.
В мечети было прохладно и очень чисто. Видимо, в свое время она оказалась тесной, и Бахманиды пристроили к ее фасаду большую открытую платформу. На крыше мечети сохранился огромный резервуар для снабжения водой ее хоуза (бассейна для омовения) и для нужд шахских дворцов.
От Солах кхамб масджид широкий проезд ведет к центру крепости, где некогда находился Тахт Махал (Тронный дворец) и другие строения.
Историк Харун Хан Ширвани рассказывает, что когда победоносные войска Аурангзеба приближались к Бидару, наместник Адил Шахов (правителей Биджапура) взорвал все его великолепные дворцы, чтобы они не достались врагам. Поэтому Тахт Махал и другие дворцы вокруг него превратились в груду каменных развалин. Уцелели только их платформы, мощные стены Тахт Махала, ванная комната и Хазар котхи — помещение с массой келий. Кроме того, при расчистке руин вокруг Тахт Махала недавно были открыты обширные подземные помещения — восьмиугольные комнаты, лестничные галереи которых выложены красивыми разноцветными плитками.
В свое время Тахт Махал, в котором короновались Бахманиды, представлял собой очень красивое зрелище. Глядя на его обширную платформу с остатками колонн, на уцелевшие части стен с богатейшей узорной мозаикой из разноцветных глазированных плиток (их заботливо расчистил и огородил решетками д-р Яздани), собрав скудные описания, оставленные людьми, которые его видели, можно легко представить себе размеры и великолепие этого сооружения.
Главным украшением экстерьера Тахт Махала были изящные, богато декорированные арки иранского типа. Стройные колонны легко держали довольно высокий карниз, украшенный разноцветными глазированными плитками, среди которых выделялись архитектурные детали из черного орнаментированного камня. С восточной и северной сторон фасад Тахт Махала украшала иранская эмблема — лев на фоне восходящего солнца. Искусно составленная из красивых цветных плиток, эта эмблема бросалась в глаза каждому, кто приближался ко дворцу.
Когда посетитель, поднявшись по нескольким ступеням, входил через арки в обширный Тронный зал, он оказывался как бы на восьмигранной открытой эстраде. Стены и потолок зала были украшены дивными орнаментами из разноцветных плиток. В этом з. але среди сонма богато одетых придворных сидели на знаменитом Бирюзовом троне Бахманиды.
Из Тронного зала Тахт Махала открывался великолепный вид на территорию крепости. В свое время это был настоящий парк, полный редких деревьев и цветов.
Необыкновенная красота Тахт Махала вдохновила персидского поэта Шейха Азари написать следующее дошедшее до нас четверостишие:
