– Агния, пока вы были на отдыхе, система безопасности выявила, что у нас похитили конфиденциальную информацию, после чего Шахов сразу прислал своего спеца. Вся работа на несколько дней была парализована, мы понесли убытки. Из-за кибератаки сорван тендер, сумма большая, последствия – катастрофические. Учитывая, кто был заказчиком закупок, меня и тебя могут затаскать по судам. Езерский две ночи в офисе провел, мы работали не покладая рук, но вчера атака повторилась. А потом еще и письмо с угрозами пришло, что это не последняя попытка и нас все равно уничтожат.
– То есть Миши нет, а угрозы продолжаются? – шокированная услышанным, цепляюсь я за слова Нины.
– Ну да…
Я какая-то неправильная влюбленная девушка. Обычно до последнего идеализируют партнера, отказываются видеть правду. Почему же я начала не с веры и терпения, а с обвинений?
Встаю со стула и занимаю место Нины. Открываю почту и просматриваю письма, которые Артёмова мне отправляла.
Кибератака была осуществлена не только на нашу компанию, но и на фирмы Григория, а это значит… Не может быть…
Откидываюсь на спинку кресла и смотрю в экран невидящим взглядом. Все-таки я и впрямь сильно влюблена. Не увидела очевидных вещей. Точнее, не услышала. Но мне пытались о них сказать.
– Это неподтвержденная информация, но Езерский обмолвился, что заказчик тендеров и бывшая жена Шахова встречаются…
– Боже. – Я закрываю лицо руками. По венам вместо крови словно кипяток бежит. – Мне надо к Грише. Срочно. – Решительно поднимаюсь на ноги.
Все ответы теперь как на ладони! Впрочем, и мотивы всегда молчаливого и сурового мужчины, которого я безумно люблю, – тоже.
После смерти Миши я много плакала. Свидетелем моей слабости стала бабушка. Она постоянно говорила, что слезы – это хорошо, слезы означают, что я живая. Так вот, сейчас я более чем жива. Боль внутри такой силы, что не идет ни в какое сравнение с пережитой буквально несколько месяцев назад. Когда все успело так перемениться? В ту ночь на набережной? Или на острове? А может, в нашу первую встречу с Шаховым, когда я смотрела на Григория и была уверена, что больше никогда никого не полюблю?
Какая насмешка судьбы, что полюбила именно его!
– У Григория Игоревича сегодня в ресторане проходит важное мероприятие. Едем? – уточняет Дмитрий.
Вытираю слезы и смотрю перед собой невидящим взглядом. Требуется несколько секунд, чтобы смысл услышанного до меня дошел. В таком виде заявиться в ресторан, конечно, нельзя. Никто не в курсе наших проблем. Пусть и дальше так останется.
– Да. Только домой ненадолго заедем. Мне нужно переодеться.
Заодно косметичку прихвачу.
Бабушка с недоумением наблюдает за моими поспешными сборами, но даже не пытается ничего спросить. Знает, что бесполезно, пока я такая безумная.
– Ты только лекарства прими. – Сует мне в руки аптечку и бутылку воды.
Зависаю на мгновение. Смотрю на бабушку, на полную косметичку лекарств и громко смеюсь.
– Ты чего, Асенька? – с беспокойством спрашивает бабуля.
– У тебя аптечка и то меньше моей. А я почти в три раза младше, ба…
– Ася! – машет она на меня рукой и хватается за сердце. – Напугала меня, глупенькая! Ты после травмы и болезни. Все пройдет. А ко мне молодость не вернется.
Чмокаю свою старушку в щеку и тороплюсь вниз. Словно какая-то неведомая сила несет меня в ресторан.
Оказавшись в нем, понимаю, что и впрямь не просто так приехала. На небольшой сцене перед собравшимися гостями Шахов выступает не один, а вместе с бывшей женой.
Если бы не колонна, рядом с которой стою, точно спикировала бы на пол. В прошлый раз я наступила на свою гордость и пришла к Шахову, но это ничем хорошим не закончилось. Сейчас и подавно!
Каким-то чудом удерживаю слезы, не дав им выкатиться из глаз. Наоборот. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, я выпрямляю спину и выхожу из тени. Пусть Шахов видит меня. А если осмелится подойти, скажу, что между нами все кончено. Рано или поздно это пришлось бы сделать. Скулить и выть в подушку от неразделенной любви буду потом.
Общий проект и бизнес, который Шахов и Полина, оказывается, ведут вместе, принес впечатляющий результат. Собственно, поэтому все и собрались – отметить знаменательное событие. Странно, что я узнала постфактум и меня даже не пригласили разделить эту радость.
Полина произносит прекрасную речь. Длинную. Выдержанную. Красивую. Но, как по мне, пропитанную неискренностью. Или хочется так думать. Выискивать какие-то изъяны во внешнем облике соперницы – скучное развлечение, и оно довольно быстро надоедает.
Беру у проходящего мимо официанта фужер с шампанским. Все ожидания от этого вечера летят в пропасть.
Шахов замечает меня, но никак не дает понять, что удивлен. Хотя его брови сурово сдвигаются, когда я делаю глоток шампанского. Похоже, кому-то не нравится, что я пью? Да мне и самой это не по душе, однако безумно хочется снять напряжение. А еще – привлечь внимание Григория. Пусть даже таким глупым и детским способом.
