Каждый раз, когда охотники приносили дичь, меня поражали ее небольшие размеры: серая газель, например, размером с нашего зайца; дикобраз в сравнении с тем, что обитает в нашей стране, выглядит детенышем. В деревнях Конго пасутся взрослые козы ростом с козлят.
— В чем же дело?
Действительно> почему? На первый взгляд получается парадокс: в лесу изобилие пищи, а животные имеют ненормально малый рост. Было подмечено также, что животные джунглей значительно меньше своих собратьев, обитающих в саваннах. Так, рост окапи — жирафов экваториальных лесов — 1,5–2 м, а жирафов саванн — 6 м. Лесные гиппопотамы также невелики — их длина до 1,5 м. В саваннах обитают четырехметровые гиппопотамы. Охотники на слонов свидетельствуют, что бивни лесных животных меньше и качество их хуже, чем саванных. В чем причина этих различий? На мой взгляд, они обусловлены следующим.
В джунглях идет очень интенсивное химическое выветривание. Дождевые воды, насыщенные органическими кислотами гумусового ряда и углекислым газом (в результате отмирания и разложения огромного количества растительности), — активные разрушители горных пород. Твердые горные породы быстро превращаются в глину — кору выветривания, верхняя часть которой называется почвой. Почвы имеют большую мощность и кислый характер. Здесь господствует так называемый промывной режим. Обильные дождевые воды, просачиваясь в почву, вымывают из нее такие легкорастворимые элементы, как калий, натрий, кальций. Даже малорастворимые соединения железа, алюминия, кремния и то частично растворяются и усваиваются из почвенных вод некоторыми растениями. Так, соединения кремния накапливаются в стволах бамбука, в листьях и плодах некоторых деревьев. Поэтому листья таких деревьев жесткие, их плоды «каменные», а ствол очень твердый.
Известно, что известь — необходимая составная часть скелетов животных, но как раз в джунглях и ощущается острый ее недостаток. Вероятно, небольшой размер животных влажных лесов — прямое следствие недостатка извести, выразившееся в уменьшении скелетов животных.
В саваннах выпадает меньше осадков. Почва промывается до определенной глубины, а затем влага из нее испаряется в атмосферу. В подобных условиях вынос из почвы даже достаточно подвижных веществ затруднен. Соли кальция остаются в почве, из которой усваиваются растениями и животными. Поэтому животные саванн значительно крупнее.
Интересно, что недостаток некоторых важных элементов в пище отрицательно сказывается и на человеческом организме. Так, советский геохимик А. И. Перельман полагает, что низкое содержание натрия в пище жителей тропиков не обеспечивает потребностей человеческого организма[4]. Кроме того, во влажном экваториальном лесу много поваренной соли выделяется из организма с потом, что создает ее дефицит. Недостаток соли должен постоянно пополняться, ибо клетки нашего организма могут жить только в осолоненной среде. Потеря соли опасна для организма! Известный зоолог Б. Гржимек определил, что при температуре 50 °C у человека в течение часа выделяется 1,14 л пота. При потере 10 % веса своего тела он глохнет и теряет сознание, при 12 % — умирает[5]. Поэтому наши врачи в Конго рекомендовали нам употреблять побольше поваренной соли.
Здесь хочется привести любопытный факт. На границе Кении и Уганды располагается потухший вулкан Элгон. На высоте 2400 м в нем есть пещера Китум глубиной 150 и шириной 40 м. Люди замечали, что по ночам в эту пещеру вереницей тянутся слоны. Спрашивается, зачем? Как позже выяснилось, слоны бивнями долбили белые стены пещеры и грызли отвалившиеся глыбы. Оказывается, вулканическая порода вулкана Элгон содержит такие минеральные вещества, в которых очень нуждаются слоны, однако с растительной пищей они в их организм не попадают. В первую очередь слоны испытывают большую потребность в натрии, которого в этой породе очень много. Он входит в состав белого мирабилита (из которого и сделаны стены пещеры), или глауберовой соли (ее получил искусственным путем немецкий врач и алхимик И. Р. Глаубер).
А пещеру, как считают ученые, на протяжении тысячелетий вырубили слоны.
Но продолжим наш рассказ о влиянии поваренной соли на людей.
Рабочие-конголезцы предпочитают есть, на наш взгляд, пресную, совершенно безвкусную пищу. Мне не раз приходилось видеть, как испеченные на костре батат, таро и иням конголезцы с удовольствием ели несолеными, хотя соль в отряде была.
Как-то, когда я работал на Памире, в верховьях реки Язгулем, из-за снежных завалов нам не смогли вовремя подвезти соль. И мы какое-то время, неделю, а может быть и больше, сидели без соли. У нас было мясо, рис, масло, и сахар, но мы мучились, пережевывая жареное мясо или рисовую кашу с маслом, в которых не было ни крошки соли. И когда соль наконец была доставлена, мы съели по щепотке ее просто так, без ничего.
