Как скажешь, лейтенант, как скажешь.
— Да лан, Мих, круто же!? — друг терпел долго, почти до нашего номера, — Теперь ты тоже убедился в том, что ты настоящий маг! Ты ВИДЕЛ эту плёнку, обычные солдаты её не видят; и статы у тебя отобразились, верно? Давай, рассказывай! —
пихок плечом, —
Саныч тоже, ммать, мурыжит вопросами; не видит рожа гбшная, люди с другого мира, с дороги устали, я еле дотерпел. Чур я первый!
— Иди, иди, не претендую.
Ты только куратора в лицо так не назови… хотя ему и так доложат. Ты вот уверен, что у нас в номере нет жучков? — смотрю на розетку. Я видел в кино, их внутри розеток ставят. Ложат. Крепят, короче. А ещё в розетках тараканы прячутся.
— Мих, какие ещё жучки?? —
друг кривит лицо, — Древоточцы разве. Какие у нас тайны!? Мы и так живём… прикреплёнными к земле, крепостные волновые, 21 век фокс! Что там у тебя со статами?
— Вот, — вручаю другу блокнот, — Что запомнил, то записал.
— Интуиция!? Магия жизни? О-о, — одобрительные качки головой, вверх-вниз, ещё подход, давай, ты сможешь, — Ты чё такой умный?
— Книжки читаю. А ты даже азбуку не освоил… китайского языка.
Мы с другому зашли в наш номер, ушастый поспешил в “домик на окраине”. Тонкая дверка разговору не мешает.
— Да лан, я уже до “бэ” дошёл.
— Без бэ? У них хоть есть такая буква?
— Есть, конечно! Наверное.
— У тебя что по статам?
— Терентьев Дмитрий, сменить никнейм! — голос друга изменился, я будто воочию увидел, как сидящая на белом троне фигура расправила плечи, вытянула позвоночник, возгордилась, — Интеллект 8, сила 9, выносливость 8, ловкость 7, МАНА — 14, меченый: огонь, — под звуки текущей воды наш герой появляется во всей красе, чёлку откинул набок, встаёт в позу репера… или обезьяна? речитатив, гоу, —
Видишь, даже Система считает, что я огонь;
парень-космос, парень один такой,
просто, грозно, серьёзно, огонь!
Йоу.
Боже.
— Система?
— Ну игровая богиня.
— Самое простое объяснение самое верное?
— Бритва Оккама.
— Не порежься там.
— Я осторожно, как можно! Йоу.
Пауза.
— У меня, значит, интуиция, у тебя мана… и процентов не было?
— У статов? Были, я не запомнил прост.
— Но в них же весь смак! — я возмущён Димкиной недальновидностью, — Ты что-то делаешь, идёшь к куполу и смотришь — изменились ли сотые!
Идеальный фидбек!
— Аа. Но, надо записать потом.
— Балда!
— Сам балда!
— От балды слышу!
— Мужики, вас Михаил Александрович зовёт.
Наш малолетний сосед вошёл в номер, плюхнулся на койку, обрызгал нас каплями собственной хмурости. Вы же знаете, что пессимизм передаётся воздушно-капельным? Не знаете? Теперь знайте. Недавнее открытие голландских учёных; на нобелевку идут. Кто расстроил вервульфа, только же, за порталом, был он счастлив незатейливым геймерским счастьем.
— У меня для вас 2 новости.
Куратор сменил иссиня-чёрный пиджак на пиджак малиновый, под цвет щёк. Златую цепь на шею вешать не стал, спрятал в сейф.
— Хорошая и плохая? — друг.
— Обе хорошие, — хитрая улыбка.
— Ломаете стереотипы? — я.
— Ломаем, — кивок, — Мы наладили взаимодействие между крупными центрами локализации волновых прорывов, — куратор на миг оторвался от экрана, — Порталов. Заключение положительное, — он продолжил чтение, — При концентрации волновиков в одном месте малые порталы сливаются в большой… это вы и так знаете… Большой портал растёт, достигает 2ух метров в высоту, 2ух в ширину, стабилизируется, прекращает рост.
Кроме пропорционального роста числа волновых тварей иные последствия увеличения концентрации носителей метки не выявлены, — дробь пальцев по столешнице, — Я вам это сейчас распечатаю, почитаете на досуге, — пара секунд, звук ожившего на тумбочке Эпсона, два новорождённых листа А4 обновляют лоток, — Держите, — он передал нам листы, — Теперь новость № 2. Вы назначаетесь младшими кураторами.
— Что? — открыл рот Димка.
Я с другом полностью согласен, чтобы его поддержать, я тоже распахнул ротовое отверстие пошире. Мух в кабинете не было. Что??
— К каждому из вас будет приписана группа волновиков.
Кого-то вы ранее видели в центре, кого-то привезут в течении дня, — Михаил Александрович излагает факты неторопливо, с видом истинного гурмана он смакует наши эмоции, нашу растерянность, — Руководство хочет сократить количество ЦВПВ, максимально их укрупнить. У учёных присутствовали почвенные опасения — требовалось понять, как при этом поведёт себя портал. Сейчас страхи развеяны, вопрос закрыт; наш центр становится единственным ЦВПВ в области.
— При чём здесь наше кураторство? — устало выдыхаю.
— Вам будут подобраны люди, максимально соответствующие, — перестук пальцев, — вашему психопрофилю. Представьте, что вы вожатые в детском лагере, вы собираете данные по развитию подопечных, помогаете им решать бытовые проблемы, эмм… что ещё делают вожатые? Вдохновляют на подвиги. Доносят до коллектива политику партии, морально поддерживают бесславно падших духом товарищей, —
мужик вот сейчас серьёзно говорит, или “я у папы юморист?”
— У нас тут не пионерлагерь; там будут взрослые люди, опять же, причём здесь мы? — я возражал как-то… по инерции.
