-Как, как… Одним местом об косяк! -разозленно отозвалась я. -Вокруг нашей семьи опять началась какая -то возня! Сначала тебе подбросили наркоту, причем сделать это могли только на парковке около аэропорта, где ты машину оставлял на несколько дней -я поговорила с Юрием, там камеры дохлые, поэтому свидетелей у нас ноль. Потом выясняется, что на этих пакетах мои отпечатки, следовательно, подбросить тебе их могли только в ночь накануне, когда я была в клубе и напилась до такой степени, что мне в руки могли подсунуть что угодно -в свое оправдание скажу, что коктейль с наркотиками гадость редкостная и больше я по клубам ни ногой, в больнице просыпаться мне не понравилось. Мама с Юрием вообще подумали, что меня метилом траванули , -я закрыла глаза, отгоняя воспоминания последних дней. -Не перебивай, пожалуйста. Так же кто -то отравил Росу и Гекку, подозреваю, теми же наркотиками, отчего мои животные сошли с ума. Гекка едва меня не освежевала, а Роса сегодня скинула со спины мою ученицу и кажется, не без последствий -я еще не звонила дяде Саше, но уверена, что Алиса в крайне тяжелом состоянии.
-Господи, какой -то кошмар, -Иван погладил меня по бедру, -но кому все это надо?
-Я не знаю, -горло перехватило спазмом и лишь несколько глотков минералки вернули мне голос. Пока я пила воду, Иван и Родион Романович смотрели друг на друга взглядами, в которых читалась тревога. Можно было не сомневаться, что им происходящее нравилось еще меньше, чем мне. -Но одна хорошая новость все же есть.
-Это какая же? -Иван с любопытством на меня посмотрел, поднося мою руку к губам и запечатлевая на запястье нежный поцелуй.
-Раз твоих отпечатков на наркотиках нет, то ты можешь быть свободен.
-Ты что, спятила, любимая? -моим оптимизмом Иван не проникся. -И кто займет мое место? Не думаю, что обшарпанные стены и холодный бетонный пол -тот интерьер, который тебе подойдет. Даже не обсуждается, поняла меня? -в его голосе появились жесткие нотки.
-Но ты ни в чем не виноват! -возмутилась я.
-Это не значит, что я позволю тебе в этом участвовать!
-А я, значит, могу тебе позволить?! -уровень моего раздражения тоже нарастал.
-Так, потише, пожалуйста, -вмешался Тайпан, -и без того голова болит, -он нашарил пульт и активировал плазменную панель на стене, -налить кому -нибудь выпить?
-Не откажусь, -проворчал Иван. Я была с ним полностью солидарна, но обошлась минеральной водой, за бутылкой с которой пришлось отойти на другой конец комнаты. В груди тлела злость смешанная с признательностью -поведение Ивана не лезло ни в какие рамки, но я понимала, что он поступает единственно правильным образом, стараясь уберечь меня от неприятностей и принимая удар на себя. Что будет, окажись я под следствием? Ничего хорошего, можно не сомневаться. Папина репутация, с таким трудом сохраненная, затрещит по швам и… Господи, лучше не думать вообще!
Держа в руках бутылку, я развернулась и едва ее не выронила. Иван, устроившийся в кресле с о стаканом коньяка, буквально окаменел, смотря на плазменную панель, демонстрирующую кадры с того чертова саммита, на которых мы с Платоном, старательно всем улыбаясь, объявляли о нашей помолвке. Звук, пусть и был тихим, но давал достаточное представление о том, что новость официальная и озвученная лично мэром.
-Какое интересное развитие событий, -справившись с эмоциями, констатировал Иван. -Меня всего -то несколько дней рядом не было, а какой результат!
-Вань, -я осторожно сделала шаг в его сторону, но была вынуждена остановиться под ледяным взглядом синих глаз. -Это не то, что ты думаешь.
-И что мне еще думать прикажешь? -саркастично уточнил Иван. -Откуда этот Панкрат вообще вылез?
-Платон, -поправила я.
-Да плевать мне! Какого черта происходит?! -взорвался Иван.
-О господи, -я схватилась за голову, -это совершенно идиотская история! Я вообще с этим Платоном едва знакома, чтоб ты знал!
-Тем не менее, о вашей свадьбе уже чуть ли с каждого угла говорят, -не проникся Иван.
-Да блин! Это все папа! Ты думаешь, моим мнением кто -то интересовался?! -возмутилась я.
-Я помню, что он чуть ли не еженедельно подсовывал тебе женихов, но доселе тебе и в голову не приходило ответить кому -то взаимностью, -проинформировал меня Иван, сузив глаза, -чем этот Платон такой особенный, не просветишь? -он сделал глоток коньяка и сморщился. Я отошла назад к окну и вцепилась дрожащими пальцами в подоконник, не зная, что ответить. О том, что у папы серьезные проблемы с сердцем, не должен знать никто, следовательно, я даже Ивану не могу рассказать, чтобы не допускать возможности распространения данной информации. Но что делать, в таком случае?
-Я должна выйти за него замуж и это не обсуждается, -втянув носом воздух, я посмотрела на Ивана, -так надо.
