- Ты притворяешься, правда? – с надеждой спросила она. - Ты же не можешь быть настолько наивным, чтобы не понять, что это всё твой отец. Что он сам объявил о том, что ты нужен живой и здоровый, и сам же через каких-нибудь подставных людей назначил втрое больше за твою голову. Это же простой и эффективный план. Никто ни в чём не упрекнёт короля, так как все знают, как он хочет, чтобы с тобой ничего не случилось, и ты вернулся домой.
- Ерунда какая-то… - прокомментировал принц, совершенно не желая задумываться над словами ведьмы.
- Тогда почему мы здесь? – спросила она. – Почему ты не пошёл прямиком к нему, а, крадучись, пришёл в собственный дом, как вор. Почему мы сейчас сидим тут и обсуждаем это, вместо того…
- Хватит, – он перебил её, и в его голос обдавал холодом. - Ты помогла мне уйти от стражников, и я обещал выполнить твои условия. Ты просила разговор с Крафусом до моего официального возвращения, и я решил предоставить тебе такую возможность. Не потому что я ему не доверяю, а потому что хочу, чтобы ты получила, что тебе нужно, и ушла. Хочу не чувствовать себя обязанным тебе, если так понятнее. Помни, что здесь мы находимся под юрисдикцией моего отца… и меня, в меньшей степени, если это важно…
Она снова вспомнила день их знакомства, поскольку голос мужчины полностью соответствовал голосу того высокомерного человека, о котором она как-то стала забывать и который как-то плавно стал превращаться в приятного мужчину.
- Тогда вспоминай, где у замка слабое место! Нас никто не должен заметить, – так же холодно ответила она.
Изменившийся голос девушки ничуть не смутил принца. Он не собирался сглаживать углы и возвращать тёплую атмосферу в их общение.
- Ага, так я тебе и выдал все слабые места замка, - усмехнулся он. - Ты подозреваешь отца. А что, если это всё-таки твои происки? Смотри-ка, как всё сходится: есть ты и твой чародей, с вами эльф – вполне сильная компания, чтобы продумать и провернуть нечто подобное. Вы запросто могли бы инсценировать всё это ради того, чтобы дотянуться до короля. Через меня, потому что самим вам к нему не подобраться. Как тебе?
Он не знал, зачем всё это сказал. На самом деле он вовсе не думал так и мысли эти пришли к нему в голову за миг до того, как он озвучил их. Элейна фыркнула в ответ:
- Мне плевать, что ты думаешь, – она начинала злиться. - И мне не важно, как ты устроишь мой разговор с Крафусом, но ты, кажется, принял решение дать мне поговорить с ним, так не меняй своих решений.
Наверно, так было даже лучше: их общение снова приобрело деловой характер, и это Лефира устраивало полностью.
- Верно, я принял решение. Но знай, я не вмешаюсь и не помогу тебе, что бы там не происходило, - предупредил он. - Я не знаю, что ты задумала, но я не позволю тебе убить его или подставить меня.
- Смотрю, у тебя в голове много версий, – хмыкнула девушка. – Попытайся принять самую простую: я не могу допустить, чтобы ты умер и унёс с собой все тайны.
Он вздохнул. Ему не нравилась идея Элейны поговорить с его отцом. Кроме того, у него появилось отвратительное чувство необходимости этого разговора, чувство, не позволяющее выкинуть из головы все подозрения девушки и спокойно возвратиться домой, попытаться всё забыть и вернуться к прежней жизни. Какое-то смутное предчувствие подсказывало ему, что ничего уже не будет для него по-прежнему, что он уже ввязался в водоворот непонятных для него событий, и вырваться из него можно только умерев или дойдя до логического конца.
Элейна перебирала принесённые принцем его старые вещи, выбирая что-то, хоть немного ей подходящее. Вроде как, её платье Лефиру не нравилось. Он причин не пояснял, но девушка догадывалась: оно подчёркивало высокую грудь, открывало хрупкие плечи и стройные ноги. Наверно, это отвлекало принца. Элейна не стала пререкаться. Не нравится ему платье - она может и переодеться, ей не сложно. Сам принц раздобыл в закромах своего жилища меч, и это вселяло надежду, что он умеет им пользоваться. Хотя надежда была смутной: как-то не очень Элейне верилось, что этот тип сможет защитить её, хоть физическая форма его и была вполне годной. Но он был слаб после пребывания в башне, да и не производил впечатление искусного мечника. Ей он выдал кинжал в ножнах на ремне, причём передавал ей в руки их с таким видом, словно отдаёт смертоносное оружие какому-то опасному и полоумному.
Девушка отошла в угол, хотя всё равно было темно, сняла своё платье, с сожалением положила его в один из ящиков шкафа, втайне надеясь когда-нибудь забрать. Натянув на себя одежду Лефира, она ощутила себя окружённой его запахом. Это было странное чувство. Но приятное и тёплое. Приятное - не ясно почему, а тёплое - потому что в тунике и штанах всё-таки было уютней находиться в прохладном мрачном дворце.
