Элейна не ответила, но его тёплая ладонь вселяла ощущение защищённости, освобождая душу от неосознанного опасения перед ночным лесом, который всё ещё окружал их, а так же от ненависти к городу. Хотя умом девушка понимала, что принц - не очень хороший защитник. К тому же наивный, что даже жалко его. Ей бы хотелось узнать подробности его жизни, поскольку она просто не представляла, как он мог дожить до своих лет, при этом совершено не умея сопоставлять очевидные факты и делать верные выводы. Но разговоры о детстве и юности она решила не заводить: было очевидно, что они были настолько безоблачными, что не сумели научить этого человека жизни. Забавным бы он был королём, наверно: такого отравить - раз плюнуть... да и голову ему задурить немудрено, наверно... Элейна даже немного пожалела затраченных на спасение принца усилий: явно он долго не протянет, а она никак не могла определить, хочет ли помочь ему во всём разобраться? В любом случае, пока отпускать его было нельзя. Нет, не из-за денег, как могло показаться... Из-за Фогуна. Понять чародея можно было лишь с помощью Лефира, и именно это было целью девушки.
Лефириус же подумал о том, что идущая с ним девушка была искренна по отношению к нему: она держалась уверенно, когда чувствовала себя на высоте, она плакала, если он пугал её своими поступками, она принимала его помощь и просила о ней, когда было нужно… ненавидела, когда вспоминала о прошлом и презирала, когда он был достоин презрения. В общем, это было даже как-то приятно осознавать, поскольку всегда радует, если поступки того, кто рядом, можно понять. Оставалось неясным про кошмары и про то, зачем она столько времени выжидала, но мужчина прикинул, что просто Элейна могла рассказать о той давней истории своему Фогуну лишь недавно, и тот сразу решил отомстить. Пока это был единственный правдоподобный вариант, поскольку, что чародей от него хотел, принц так и не понял.
Они двинулись вперёд, оставляя позади редкие деревья, что росли на опушке, и выходя на просторное поле, заросшее травой, которую гуляющий по здешним просторам ветер пригладил и примял к земле. Молча шли они, и шаги девушки были неслышными и лёгкими, а длинные листья и стебли трав совершенно не мешали ей. Ведьма она, чего с неё взять. Тишина окутывала мир, словно расползаясь от болот вместе с туманом. Погода не располагала к пению птиц или хотя бы цикад. Казалось, вот-вот на землю прольётся дождь, и Лефир бы не возражал против этого. Хотелось освежиться после всего того, что с ним произошло. Не каждый день его вероломно предавали и тем более не каждый день ему приходилось вверять свою жизнь той, которая хотела отомстить ему. Постепенно поднялся ветер. Непогода начинала набирать силу. Наверно, это было даже на руку путникам – в плохих погодных условиях было проще пробраться незамеченными. Холодный северный ветер дул порывами, норовя сбить с ног. Дул в лицо, не давая сделать вдох и заставляя поворачиваться спиной и пережидать. Почти стемнело, когда путники подходили к Оуилу. Практически во всех окнах жилых домов уже зажглись огни, и их было хорошо видно. Принцу это всё приносило ощущение защищённости, но он чувствовал исходящие от Элейны волны тревоги и страха. Ей, наоборот, совершенно не нравилось то, что они приближались к этому городу. Её глаза начали немного светиться, но это ничуть не напугало и не смутило её спутника. Наоборот, он нашёл это занятным и любопытным: прежде он не находился в темноте ни с кем, кто бы владел магией, и светящиеся изумрудные глаза весьма заинтересовали его. Девушка не обратила внимания на пристальный взгляд, поскольку была слишком взволнована: Элейна давно не бывала ни в каких городах, она вообще не любила поселения людей, не говоря уже о её ненависти конкретно к Оуилу.
- Всё хорошо, – шепнул принц, желая подбодрить ведьму. – Сейчас вечер, непогода и туман, которые укроют нас от лишних глаз, а к утру ты будешь далеко отсюда и баснословно богата.
Он ещё не понял, насколько последнее мало волновало девушку. Деньги были ей совершенно не нужны. Она прекрасно обходилась без них, живя с чародеем, но полагала, что и без Фогуна сумеет добывать себе пищу и обеспечивать кров. Сейчас ей больше всего хотелось поскорее убраться отсюда, но глупый простодушный принц так трогательно верил в преданность своего отца, что Элейна не могла просто так позволить ему умереть от собственной наивности. Она приняла решение доказать ему, что права насчёт короля Крафуса, по крайней мере, попытаться доказать… Допускать смерть Лефириуса было непозволительной роскошью – он являлся единственной зацепкой, а девушка всё ещё рассчитывала разобраться в том, что произошло с её другом.
