Мысли в голове путаются… Что ей сказать?! Что сделать?! Как объяснится? А может быть вообще просто убежать?
«Боже, Полина твою мать тебе двадцать один год! Ты уже должна выйти из возраста инфантильного подростка. Ты пришла к нему сама, и теперь имей смелость поговорить.»
— Я… Эммм… Пришла просто так проверить все ли у тебя в порядке. — Тихо бубнит девушка.
— Проверить? — Насмешливо переспрашивает мужчина.
— Да. И я вижу, что у тебя все в порядке поэтому пожалуй пойду.
Полина пытается вырвать руку из цепкого захвата холодных пальцев, но Андрей не отпускает. Молчит и смотрит насмешливо и прищурено. Будто этого его веселит.
«Издевается…» — Недовольно думает девушка.
— Отпусти! — Требует настойчиво.
— Скажи почему пришла на самом деле, женушка и тогда я тебя отпущу. — Хриплым ото сна голосом ей в ответ.
Полина теряется ещё больше. Сама не понимает зачем к нему посреди ночи заявилась. Просто проснулась и пошла. Поддалась мимолетному, зыбкому как сухой песок желанию.
Неправильному, нелепому и пугающему…
А теперь стоит связанная по рукам и ногам и сказать нечего не может.
— Мне больно! Пусти! — Дергает в очередной провальной попытке вырваться на свободу.
Но Калинин оказывается проворнее и сильно дергает жену на себя так, что она падает сверху на его тело. И их лица оказываются в опасной близости друг напротив друга.
Левая рука мужчины прижимает запястье Полины к груди, а правая неожиданно ложиться ей на поясницу и резко гладит вдоль спины.
— Что ты делаешь?! — Голос понижается до шепота.
Тело прошибает легкий разряд тока. И дышать становится тяжело от одной лишь небольшой ласки. Полина замирает и в тишине слушает как неспокойно стучит сердце Андрея или же это ее сердце отбивает такой неспокойный ритм?
— Прекрати! — Шипит девушка.
Но не двигается. А пальцы Калинина уже сминают шелковую ткань сорочки открывая стройные, бедра обтянутые темной тканью кружева. Неосторожно и совсем не нежно жесткие руки гладят безупречную кожу.
— Руки убери! — Голос дрожит и ломается.
— Не говори, что тебе не нравится, Киса. — Горячий шепот обжигает мочку.
— Не нравится! Отпусти! И руками не трогай, Идиот…
Но он не отпускает. Мужчина настойчив и напорист.
И она плавиться… Словно шоколад под знойным майским солнцем.
В прикосновениях мужа нет любви, и присущей этому большому чувству нежности, осторожности. Лишь грубая ласка и даже жестокость, но Полина буквально не может остановить ни его ни себя…
Глаза супругов сталкиваются. В обоих плещется страстный огонь, непонятная темная искра. Андрей жадно втягивает носом спертый воздух и смотрит на девушку которой так хочет обладать сквозь ресницы.
Так красива…
Пролетает в его голове. Эта вчерашняя девчонка, прилежная дочь, гордость отца. И не любимая жена. Сейчас так прекрасна когда возбужденная, дрожащая с налипшими на лицо длинными кудрями, верхом на нем…
Его взгляд задерживается на чуть пухлых, розовых губах супруги и Андрей тянется, чтобы вновь почувствовать их на вкус, освежить память.
Полина послушно не двигается будто готовая к лавине что вот-вот обрушиться на нее и завалит. Неожиданно громко открывается дверь номера…
Кто-то неожиданно входит в номер, хлопает дверью. Полина и Андрей застывают и пытаясь отдышаться смотрят друг на друга с недоумением.
— Андрюша! — Послышался тихий голос Натальи.
Полина дернулась и упала с кровати. Вскочив попыталась привести себя в порядок.
Андрей накрылся одеялом принимал полусидящее положение и взглядом указал жене на свой халат лежавший на кресле.
— Сынок! Ты спишь? — Все так же тихо спросила Наталья.
Полина дрожащими пальцами одевала на себя длинный, бежевый халат от охватившего смущения едва падая в рукава одеяния. Быстро завязала пояс и пригладила всклокоченные волосы.
Низенькая Наталья с высоко поднятой головой в розовом халате, тапочках с помпоном и в бегудях на голове вплывала в номер сохраняя ровную царственную осанку. Заметив кроме сына еще и невестку женщина всплеснула руками:
— Ой Полиночка, здравствуй!
Полина кивнула и смущенно улыбнулась.
— З-здраствуйте, Наталья Николаевна.
Придирчивый взгляд свекрови внимательно просканировал девушку с ног до головы. Полина покраснела и замялась под цепкими карими глазами и вообще почувствовала себя крайне не удобно будто она не жена, а любовница пойманная на месте преступления.
Когда Андрей перетянул внимание на себя матери Полина ощутила облегчение и даже выдохнула.
— Что-то случилось мама? Почему ты пришла ко мне так поздно? С отцом все в порядке?
Наталья морщится и садиться в кресло напротив.
— Да, что будет с этой свиньёй! Все нервы мне вымотал, дышать с ним рядом уже тошно, Андрюшенька…
Женщина театрально прикладывает руку ко лбу и стонет. Закатывает глаза откидываясь на спинку мебели.
— Температура, давление изводит мерзавец…
Андрей встает, укутанный в одеяло он садиться на край кровати, прикасается к руке матери.
— Успокойся, Мам. Опять с отцом поссорились?
— С ним поссоришься, поссоришься. — Взвинчивается Наталья. — Ты только представь, что твой отец сделал, что сказал! Он…
— Я наверное пойду, доброй ночи. — Вклинивается Полина.
