Никаких следов воры не оставляли. В ряде случаев колхозники вызывали милицию. Милиция составляла протоколы, заводила уголовные дела, но вскоре же их прекращала, так как найти преступников никак не удавалось. Да и полно, были ли они? — рассуждали некоторые. Если теленок или овца не пришли с поля, значит, потерялись: зашли в болото, погибли или попали к волкам. Пропажу зерна или меда с пчельника, что тоже бывало, те же люди приписывали небрежности, просчетам в учете. Не хотелось верить, что тут действует воровская рука.
Когда колхозное хозяйство восстановилось, окрепло, наряду со скотом, принадлежавшим лично колхозникам, стал исчезать и артельный скот. Правда, убыток, если принять во внимание общую массу скота, был не очень велик. Поэтому, может быть, первое время пропажу какой-нибудь одной головы не рассматривали как чрезвычайное происшествие. Пропал как-то теленок с колхозной фермы. Скотница заявила об этом руководителям колхоза; те осмотрели помещение телятника, никаких следов воров не нашли и решили, что, вероятнее всего, сама скотница недоглядела — теленок не пришел с поля, заблудился. Словом, приписали всё халатности ухаживающих за скотом людей. Но когда воры, обнаглев, похитили теленка с фермы колхоза Пухново и тут же, в двухстах метрах от загородки, прирезали, забрав мясо, а внутренности и ноги оставив на месте, колхозники заволновались не на шутку. Тут уж даже тот, кто не верил в существование воров, убедился, что они есть. Но снова преступники остались непойманными.
Прошло много лет, в течение которых кражи не прекращались. Иногда их бывало меньше, иногда больше. Но особенно участились они осенью 1963 года. Это было прямо-таки бедствием. В одном из колхозов злоумышленники похитили ночью двух свиней, вытащив их через окно свинарника. Спустя несколько дней была украдена свинья с соседней фермы того же колхоза. В других местах в этот же период недосчитались нескольких овец. Из колхозных кладовых пропадали зерно, льняное семя, горох, картофель.
Как-то раз произошел такой случай. Работники сельпо получили для доставки в сельский магазин несколько ящиков с вином. Отвезти товар на место не успели, оставили его в кузове автомашины. Машина стояла возле дома, в котором жили работники сельпо. Утром проснулись, посмотрели и видят, что двух ящиков с вином как не бывало. Кто-то похитил!
Воровали не только продукты, не только скот, зерно, овощи, мед из ульев, но и все, что попадет под руку. Из школ и библиотек исчезали географические карты, полотенца, салфетки. Однажды был похищен занавес из сельского клуба. Пропадали даже такие предметы, как бидоны из-под молока…
Терпение людей лопнуло, и органам милиции было дано задание: во что бы то ни стало установить, кто совершает кражи, выловить, если таковая существует, шайку.
Собрав и изучив все материалы чуть ли не за два десятка лет, работники уголовного розыска сделали кое-какие первоначальные выводы. Кражи совершаются в одном и том же районе, на территории которого находится огромный лесной массив. Способ хищения, как правило, одинаков. Иными словами, воры имеют собственный «почерк». Если они воровали из типовых зернохранилищ, сушилок, то в этих случаях попадали в помещение через окно, предварительно выставив раму, а то и решетку. Зерно насыпали в мешки. Если в окно мешок не проходил, воры открывали дверь, запиравшуюся изнутри, и вытаскивали похищенное прямо через подъезд.
Способ, которым воры прирезали скот, тоже был один. Обычно они оставляли внутренности, а мясо уносили. На пчельниках преступники действовали какими-то металлическими крючками. Причем в каждом случае похищалось довольно большое по весу и объему количество меда. В одной из деревень они похитили из ульев 60 килограммов меда.
Вывод, который сделали следственные работники, был таков: в районе действует воровская группа. Ее месторасположение где-то поблизости. Почему так решили в милиции? Потому что унести далеко большое количество продуктов весом в несколько десятков килограммов просто невозможно. Лошади или автомашины преступники не имеют — иначе оставались бы следы на земле. Преступники живут на нелегальном положении. На эту мысль наводил тот факт, что особенно много краж они совершали осенью, похищая мясо, зерно, овощи, мед. Видимо, делали запасы на зиму, чтобы не совершать потом вылазок по снегу, следы на котором могли бы их выдать. О том, что воры скрываются от людей, свидетельствовала и пропажа бидонов. Всего было похищено в общей сложности 25 бидонов, причем содержимое их выбрасывалось, а если это было молоко, то выливалось. Значит, похитителям бидоны нужны были как тара, чтобы держать в них продукты.
Общий вывод был таков: кто-то скрывается в лесу. Живущие там на нелегальном положении знают все ходы и выходы, так как за двадцать с лишним лет ни разу не попались, за исключением тех двух случаев, когда им пришлось отстреливаться.
Но кто же мог это быть? Кто поселился в лесу? И как их там найти?