Карточку в мастерской принимать отказались, и в качестве предоплаты за ремонт Элис пришлось выгрести из карманов всю имевшуюся у неё наличность. Выслушав клятвенные заверения механика, что работы займут не больше недели, она расписалась в квитанциях и отправилась искать подходящее место для портала.
Такой разбитой Элис не чувствовала себя даже тогда, когда она с другими курсантами целый день отрабатывала заклинание антигравитации на тяжеленном гранитном обелиске, а потом ещё и осталась на ночное дежурство. Трижды она принималась рисовать в воздухе двойную восьмерку, открывающую портал, и трижды сбивалась, начиная всё сначала. Наконец, ей удалось правильно совместить исходные и конечные координаты, а через мгновение Элис уже стояла во дворе с заколоченными окнами, напротив своего дома.
Рокси встречала Элис в прихожей, сидя на цветастом пуфе и громко урча. Запах фэрлинга почти выветрился, а, может быть, хозяйская кошка попросту привыкла к девушке: во всяком случае, Рокси больше не избегала её.
— Ну и денёк, — пробормотала Элис. (Неужели она уже дома? Какое счастье!) — Нарочно не придумаешь.
Рокси с сочувствием посмотрела на неё.
Самым правильным сейчас будет лечь поспать, — тем более что завтра к восьми утра она должна быть в штабе. Элис рывком распахнула дверь и невольно вскрикнула: на тумбочке стоял невероятных размеров торт, обильно украшенный кремовыми розочками, а на спинке кресла, поставив ноги на подлокотники, удобно расположился тот, кого она никак не ожидала здесь увидеть.
— Слава богу! — с облегчением воскликнул Роберт Вайденберг, вскакивая на ноги, — Весь день тебя прождал. Ну, здравствуй, что ли! — чуть не опрокинув торт, он бросился к Элис и заключил её в объятия.
— Берти, — растерянно пробормотала она, ошарашенно глядя на друга, — Ну и сюрприз! Это… это и вправду ты?
— Ну а кто же ещё? — Берти хлопнул её по плечу, — Ух ты! Кожаная?
Элис поспешно расстегнула молнию и бросила куртку Дэниела Уинстона в угол.
— Это не моя…
— Где тебя на этот раз угораздило вымокнуть? — ахнул Берти, — Ты что, опять искупалась в фонтане?
— Вроде того, — уклончиво ответила Элис. Ей совсем не хотелось рассказывать Роберту подробности сегодняшнего дня, тем более что она сама мечтала как можно скорее забыть обо всём случившемся.
— Ты что, гуляла под дождём? — юноша недоумевал, — Ты же маг! Не понимаю, почему…
— Я ужасно устала, — Элис постаралась выдавить из себя улыбку, — Правда, Берт. Пожалуйста, подожди меня на кухне, и завари чаю, и… поищи что-нибудь съедобное в буфете. Я переоденусь и спущусь через минуту.
Четверть часа спустя они сидели за круглым столом, покрытым клеёнчатой скатертью, и, вооружившись десертными ложками, активно уничтожали произведение кондитерского искусства. Уйма вопросов вертелось на языке у Элис, но она не знала, с чего начать. С одной стороны, она была рада возможности увидеться и пообщаться со старым другом, но с другой — как раз её-то лишний раз никто видеть не должен. Тем более здесь, в доме миссис Браун.
— Ты изменила причёску? Тебе идёт короткая стрижка.
Элис не улыбнулась.
— Как ты узнал, где я живу?
— Что значит «как»? — Берти вскинул брови, — Ты же сама меня пригласила, забыла?
Как она могла забыть? Раннее утро, туман, аэродромная площадка…
Слова, произнесённые магом без притворства и фальши, от чистого сердца, имеют огромную силу: такие слова нельзя взять обратно.
— Я просто понял, где мне тебя искать, сразу, как прилетел в город, — он вылил себе остатки чая из заварочного чайника, — Так, будто бы вспомнил старый кинофильм, — словно я уже был здесь много раз, понимаешь?
— Ты же никому не скажешь?
— О чём?
— Этот адрес… — Элис поджала губы, — Я не хочу, чтобы его знал ещё кто-то. Кроме, тебя, конечно.
— Не скажу, если ты так хочешь…
— Пообещай!
— Обещаю.
Элис нахмурилась. Берти никому её не выдаст, в этом нет и тени сомнения, и всё же… Феликсу бы это не понравилось, она уверена.
— Поклянись, что никому не дашь этот адрес! — резко сказала она. Пожалуй, даже слишком резко.
— Ладно, ладно, не шуми! — Роберт оторвался от торта, с удивлением глядя на Элис, — Хорошо, клянусь, я никому ничего не расскажу.
Слово, сказанное человеком, тоже имеет немалую силу.
Услышав это, Элис немного успокоилась, но тревога никуда не делась. Напротив, теперь ко всем переживаниям добавились ещё и угрызения совести: никогда прежде у неё не было тайн от Роберта. А если он о чём-либо узнает…
— А у меня хорошая новость — голос Берти вывел её из задумчивости, — Я перебираюсь в Грейстоун! Можешь меня поздравить: департамент энергетики и ресурсов всё-таки дал добро на дальнейшее финансирование нашего проекта, а я вошёл в группу.
— Правда? — Элис недоверчиво улыбнулась. Про возможную командировку в столицу Берти твердил ей два последних года, но она считала это не более чем демагогией, — Что ж, поздравляю…
