— Э-эй, что за шум? — к Элис, пошатываясь, подошел задержавший её инспектор. Взгляд его был немного расфокусированным, а язык заплетался, — А-а, мисс… Шерман, — похоже, ему пришлось приложить усилие, чтобы вспомнить её имя, — За твою поимку мне светит премия, возможно, даже орден! Честное слово, я безумно рад нашей встрече.
— Не могу сказать, что это взаимно, — иронично отозвалась Элис. Услышав её голос, ещё несколько человек вышли из-за стола, чтобы получше разглядеть девушку.
— Рэй, что ты стоишь? Пригласи леди к столу! — светловолосый мужчина погладил усы и задорно подмигнул Элис, — У нас тут, так сказать, скромный корпоративчик. Будем рады, мисс, если вы разделите с нами ужин.
— Разумеется, мисс, прошу прощения, мисс, — спохватился Рэй, — Присоединяйся! — и, прежде чем Элис успела что-либо возразить, она очутилась в эпицентре празднества.
Появление гостьи было встречено громогласным хором. Восемь человек засуетились вокруг неё, стремясь перещеголять друг друга. Для девушки тотчас же нашёлся свободный стул, столовые приборы и чистый бокал, который моментально наполнили медно-красным напитком, с виду похожим на сухое вино.
По древней традиции участники общей трапезы, сидящие за одним столом, заключают перемирие, и на время обеда забывают о разногласиях. Очевидно, в Реверсайде сохранился похожий обычай.
— Уступи место леди, Саймон! Где твои манеры?
— Штрафную ей!
— Эээ… Ваше здоровье, — пробормотала Элис и сделала глоток. Напиток обжёг горло, оказавшись чем-то вроде виски, впрочем, очень неплохим: реверсайдские виноделы знали свою работу.
— Угощайся. Салатик?
Элис робко улыбнулась, неожиданно для самой себя осознав, что жутко голодна. А поскольку ближайшее будущее было слишком туманно и зыбко, чтобы загадывать вперёд, грех было не воспользоваться возможностью заморить червяка, коли уж представился подходящий случай.
А то, что ключи от наручников так кстати оказались в кармане кителя сидевшего рядом полицейского, так ведь это случайность, не правда ли?
Полицейские из Управления оказались неплохими ребятами. Элис даже стало чуточку досадно, что они — враги. Примерно через час веселье достигло наивысшей точки, а виновник торжества и все гости, включая майора, пребывали в самом благодушном расположении духа. Положив голову на чьё-то плечо, Элис с удовольствием слушала очередную захватывающую историю из суровых будней стражей порядка, то и дело прерываемую взрывами хохота, когда громкий требовательный звонок напомнил ей, где она находится.
Звонил не телефон. Тревожный звук исходил от прикреплённого к стене ящичка, похожего на радиоприёмник, но с трубкой, как у телефона. Один из полицейских подошёл к аппарату и, сняв трубку, моментально протрезвел.
Не дожидаясь, когда выяснится, кто это, и зачем он пожаловал, Элис бросилась к окну и перегнулась через подоконник. Около входа в здание Управления стояли двое, в которых девушка мгновенно узнала вражеских агентов: тех самых, что крутились на площади. Неужели они выследили её?
Нужно было действовать, и немедленно. Элис обернулась назад: восемь человек, ни одного мага. А по лестнице уже грохотали шаги.
«Сейчас или никогда».
Собрав всю оставшуюся энергию, Элис крест-накрест взмахнула руками. Кровь вскипела от выброса адреналина, воздух полоснули безжалостные языки пламени. Она крутанулась, и огненная плеть прошлась по оконному переплёту. Стекло лопнуло, осколки брызнули во все стороны. Не обращая внимания на крики, девушка увернулась от пытавшихся схватить её рук, взлетела на подоконник и прыгнула вниз, в сгустившиеся сумерки. Энергия была на пике: её хватило, чтобы допрыгнуть до крыши соседнего дома, но колени предательски задрожали. Сколько же сил она израсходовала? Ох, надо бы осторожней.
Элис посмотрела вверх и обомлела: из разбитого окна вырывался столб огня. Бежать! Проползти по крыше, ещё хранившей тепло скупого весеннего солнца, до крови разрезая ладони об острые края металлических листов, повиснуть на кончиках пальцев, силясь нащупать подошвами сапог какую-нибудь опору, вцепиться в поросший мхом каменный карниз, сорвавшись вниз, упасть на оказавшуюся неожиданно близкой землю, с наслаждением почувствовать под ногами её надежную, ни с чем не сравнимую твёрдость…
Боясь поверить в своё чудесное спасение, Элис с трудом приняла вертикальное положение, и, кое-как отряхнувшись, прислонилась к стене, — ноги всё ещё отказывались ей повиноваться.
Возможно, ей удастся добраться до Зеркала в той башне, — единственного прохода, местонахождение которого было ей известно. О Зеркале в пансионате можно забыть: если центр города действительно оцеплен, риск слишком велик.
Элис стояла не дыша, с замиранием сердца вглядываясь в темноту, ловя малейшие колебания воздуха. Прошла целая вечность, прежде чем она уговорила себя собраться с духом и двинуться вперёд. Удостоверившись, что может идти, она миновала двор, перелезла через невысокий забор и с облегчением увидела впереди низкую арку, а за ней — проезжую дорогу. В душе затеплилась надежда, и девушка радостно бросилась к выходу, однако ей помешали.
