– Никого и никогда, кроме тебя. Если я с тобой, то полностью твой. Моя верность неизменна. – Коля опустил взгляд на запястье с татуировкой и улыбнулся. Затем аккуратно провел по ней пальцами. Когда их руки оказались параллельны друг другу, спросил: – А ты?
– Никого и никогда. – Наступило молчание. – Если меня спросят, когда изменилась моя жизнь, я назову день встречи с тобой. Он дал мне понять, что перемены всегда только к лучшему. Порой мы сетуем на судьбу. Злимся, когда не получаем желаемого. Но что, если нас просто оберегали от неправильного пути? Закаляли и готовили к лучшему?
– Может быть, – выдохнул Коля.
– Судьба совсем не щадила нас в последнее время. Но если это цена, которую требовалось заплатить, чтобы быть вместе, то это стоило того. Я не раздумывая заплатила бы и бо́льшую цену.
– Почему?
– Мне очень хорошо с тобой. Еще ни разу я не испытывала таких сильных чувств и не хотела быть рядом с кем-то каждое мгновение.
Коля обнял Аню за талию и прижал крепче к себе. Сейчас она казалась такой хрупкой и беззащитной, хотя внутри была истинным воином. Им обоим пришлось дорого заплатить за воссоединение. Размышляя над ее словами, Николай осознал, что готов так же самоотверженно проходить через любые испытания, лишь бы никогда не потерять Аню.
– По-моему, тебе пора подкрепиться, – напомнил Коля о причине их пребывания на кухне. – Присаживайся, а я пока приготовлю сэндвич с курицей и овощами.
Николай потрепал Аню по волосам и направился к холодильнику. Достал оттуда необходимые ингредиенты, включил грильницу, тщательно промыл и нарезал овощи. Костенко присела на высокий стул и облокотилась о столешницу, подперев кулаками подбородок. С лица никак не исчезала улыбка, а ощущение счастья и удовлетворенности происходящим растекалось по венам.
Вдруг телефон Коли завибрировал, а на дисплее высветилось: «Даниил Сакович». Сначала Аня удивилась, с чего вдруг Даня звонит ее парню. Потом вспомнила, что забыла мобильник на кровати в комнате Николая. Когда вибрацию услышал Литвинов, он обернулся и поинтересовался, кто звонит. Узнав, попросил Аню поднять трубку.
Костенко кивнула и приняла вызов. Она пару минут слушала Саковича, а потом застыла в изумлении от того, что он ей рассказал. В ушах звенело так громко, что она больше не слышала ни голоса Даниила, ни вопросов Коли. Рука с телефоном повисла в воздухе.
– Что случилось? – спрашивал Коля.
– М-морозов м-мертв, – дрожащим голосом ответила Аня.
– Как это? Его убили в тюрьме?
Аня, наконец, развернулась к нему и, запрокинув голову, начала пересказывать слова Дани.
– Даниилу позвонил отец, ему сообщил друг из правоохранительных органов. У Морозова была камера одиночного содержания. За ним был закреплен отдельный конвоир. Морозова нашли в камере повешенным…
Новость о смерти Морозова обескуражила Аню. Она не испытывала к этому человеку ни капли сочувствия, он мучил ее долгое время. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль о наступившем спокойствии – ее враг погиб и более не доставит хлопот. Но все мысли и чувства смешались, Костенко не знала, как себя вести. Завтра, может, послезавтра она проснется с ясной головой и примет тот факт, что убийца ее отца мертв. Но пока шок парализовал ее.
Николай присел на корточки и обхватил руками ее колени. Массирующими движениями он старался снять напряжение, охватившее Аню с головы до пят. Он разделял ее чувства, поэтому некоторое время молчал, давая возможность прийти в себя. Принес на тарелке горячий сэндвич, от которого исходил аппетитный аромат, и накормил ее. На руках отнес в спальню и уложил спать.
– Я люблю тебя, – сказала Аня и вцепилась пальцами в его руку. – Приляг рядом, пожалуйста. Не хочу засыпать этой ночью одна.
Всем телом Аня прижалась к Коле, положила голову ему на грудь и уснула. Во сне она цеплялась пальцами за его футболку, словно боялась, что он растворится. Бормотала под нос что-то невнятное. Коля не мог разобрать, что именно. Но ему казалось, что сознание Ани боролось с новостью о гибели Морозова и что ее разум отрицал этот факт. Судя по всему, ей снилось прошлое. Этой ночью Николай впервые увидел, как она сражается с кошмарами, и ни на секунду не сомкнул глаз, охраняя ее покой.
Всю ночь Аню одолевали кошмары. Снился дом в Нижнем Новгороде, над которым нависли темно-синие тучи. Яркая молния ударила в крышу, заставив падать обломки. Коттедж словно раскололся на две части, фундамент медленно начал разъезжаться в разные стороны. В той половине дома, что отдалялась в сторону неожиданно выросшего леса, Аня увидела отца. Алексей Алексеевич был окружен кипой бумаг и с кем-то переговаривался по телефону. Аня протянула руку, желая оказаться рядом с отцом и поговорить с ним, но свет резко погас, и она оказалась в кромешной тьме.
