— Установлена, княже, — ответил оперативник — Князь Алексей Вяземский, боевой офицер, герой кампании. Контакт с объектом ограничился взглядом и лёгким кивком. Никаких подозрительных действий.
Лобанов кивнул, расслабившись, но в памяти сделать зарубку. Вяземский — фигура известная, лояльная, но даже герои могут быть пешками в чужой игре. Или это случайность? Нет. Точно случайность. Алексей — человек чести в сомнительных аферах участвовать не будет. А карандаш уже выводил на полях отчета: «Проверить Вяземского»
— До девятнадцатого числа объект не покидала отель, посвятив все время учебе. Утром девятнадцатого объект с охраной пошли в трущобы. Слежки за ними не было. Обычное внимание к чужакам со стороны трущобных крыс. На месте рандеву оказалась засада. Пятеро. Профессионалы. Лица скрыты. На объект набросили магическую сеть с подавляющим плетением. Охрана попыталась оказать сопротивление, но была нейтрализована в течение двадцати секунд. Один из воинов убит, двое получили тяжелые ранения. Объект захвачен.
— Почему группа прикрытия не вмешалась?
Офицер ждал этого вопроса и боялся его. Вины за собой и своими людьми он не чувствовал. Обеспечить безопасность ребенка в условиях трущоб при этом сохраняя полное инкогнито в той ситуации было невозможно. Но понимает ли это князь? Или сейчас их сделают козлами отпущения…
— Приказ требовал обеспечить безопасность, но с условием полной скрытности от объекта и её личной охраны. Чтобы остаться незамеченными, мы были вынуждены работать на предельной дистанции. Это исключило возможность немедленного силового вмешательства.
Лобанов стиснул кулаки под столом, его лицо оставалось неподвижным, но в груди пылала ярость. Провал оперативников был его провалом — он приказал не светить сопровождение. Хотел выяснить, что действительно задумал Раевский. А теперь Сольвейг в руках врага, и каждый час её отсутствия — как нож, вонзающийся в его планы.
— Почему не проследили за похитителями?
Оперативник нервно дернул щекой:
— Пытались. Они ушли через заброшенный канализационный коллектор. А там столько отводов, что пока мои парни спустились, выяснить в какой именно свернули похитители, возможности не было.
— Значит так, — Юрий Мстиславович ударил ладонью по столу, — Полный анализ операции, данные на студентов, бродяг и Вяземского с супругой утром отдашь секретарю. Взять в плотную разработку всех, кто контактировал с объектом. Бродяги, студенты, князь Вяземский с супругой, официанты, горничные, продавцы в магазинах, кондукторы в трамваях. Всех! В таких делах мелочей не бывает. Беспризорников найти и допросить. С пристрастием! — князю было совершенно плевать, что это дети. Он знал обитателей трущоб, без жесткого давления сотрудничать они не будут, — Город полностью перекрыли сразу после происшествия. Начинайте прочесывать трущобы. Девочка где-то здесь. Но аккуратно. С головы объекта не должен упасть даже волос. Свободен, — князь махнул рукой, и оперативник облегченно выскочил за дверь.
Юрий Мстиславович откинулся в кресле, его пальцы сжали подлокотники, но лицо оставалось неподвижным, как гранитная плита. Внутри бушевал шторм: стыд за провал, ярость на похитителей и тревога за Наталью, чья судьба теперь висела на тонкой нити и целиком зависела от прихоти Раевского. Кровавого орла.
Похищение Сольвейг было не просто ударом по Рагнару — оно грозило разорвать хрупкое равновесие, только-только появившееся в отношениях между Княжеством и своевольным Пограничьем. И Юрий Мстиславович не мог позволить этой трещине стать пропастью.
Остаток дня князь провел в работе. А вечером, когда уже собирался уезжать в кабинет заглянул Молчан:
— Есть новости…
— Заходи. И чаю захвати, что ли.
Нечаев исчез, но спустя минуту появился снова с маленьким самоварчиком и чашечками на подносе. Он не торопясь разлил чай, пододвинул к князю вазочки с вареньем и печеньем и тяжело развалился в кресле напротив.
— Взяли мы беспризорников, — расслабленно промолвил он, глядя на князя сквозь опущенные ресницы, — Им заплатили за Сольвейг.
— Кто⁈ — выдохнул Лобанов, а в его взгляде мелькнул нехороший, злой огонек, — Имперцы? Шуйские?
— Гильдия…
— Ктооо?
— Мурман с Лапой. Ну и старый Кнуд прицепом.
— Они что⁈ Охренели⁈
Молчан пожал плечами:
— Они теряют контроль над регионом, их доходы тают, как снег под солнцем. Девочка лишь приманка. Им надо вытащить Раевского в Або. Он пришел за ней к Кракену, придет и к ним. И умрет. Они будут готовы.
— Вот как⁈ — губы князя Лобанова растянулись в хищной улыбке, — Ну, это мы еще посмотрим. Поднимай «Детей Хеймдалля», весь полк. Утром они должны быть на базе флота в полной боевой. Я к Ингвару, — Юрий Мстиславович по-молодецки подскочил из кресла, — И сам готовься. Вместе с Олегом к Раевскому полетишь.
