По щелчку полностью

«Ну, зачем ты делаешь это, Тео? Ведь девчонка тебе никто, ты знаешь её всего четыре дня. У тебя и помимо неё забот хватает».

Я сжал челюсти. Неопределённые, хотя, наоборот, уже вполне определённые чувства к Ханне раздирали грудь, будто хотели пробраться внутрь сердца и поселиться там. А я не мог позволить им пустить корни.

То, что я хотел сделать – это просто справедливость. Это не ради неё. Не ради её глаз, улыбки, запаха, что уже проклятым фантомом засел у меня в голове.

Нет.

Я не влипаю.

Переодевшись, я спустился вниз. Ханна вместе с моей матерью сидели за столом на кухне. Они о чём-то болтали и смеялись. Ханна так гармонично смотрелась в моём доме, будто всегда тут жила. И я больше не мог избавиться от этого ощущения.

– Подожди меня в коридоре, – попросил я Ханну, когда они с мамой подошли ко мне.

Она кивнула, и мама снова обняла её напоследок. Когда Ханна оставила нас одних, я перевёл на мать вопросительный взгляд.

– Она настоящее солнце, Тео, – с улыбкой заявила мама и сжала моё предплечье. – Я… я бы хотела устроить ужин в пятницу. Может, позовёшь Ханну и кого-нибудь из друзей? Я приготовлю свою фирменную курицу с яблоками.

– Что? – Я потряс головой, пытаясь осознать её слова. – Ты сама приготовишь?

Мама кивнула, её выражение лица на удивление было спокойным и решительным.

– Мам, всё… в порядке? – осторожно спросил я, чувствуя себя так, будто попал в параллельный мир.

Безусловно, такие метаморфозы в поведении матери мне нравились, я просто хотел понять причину. Что именно, или кто стал главным толчком к изменениям.

– Тебя что-то смущает, Теодор? – тихо поинтересовалась мама, и я услышал в её голосе напряжённые нотки.

Она всегда обращалась ко мне полным именем, когда была недовольна. А ещё так всегда называл меня отец. Я ненавидел своё полное имя и предпочитал, чтобы меня называли Тео. И мама прекрасно это знала.

Смущало ли меня что-то?

«Да, чёрт возьми, ведь ты три года выглядела как ходячий, точнее сидячий труп, а за последние несколько дней я вообще не понимаю, что происходит с тобой!» – хотел сказать я, но осёкся. Ей становилось лучше, для меня это было главным. Поэтому я улыбнулся и взял маму за руку.

– Нет, думаю, ужин – это отличная идея. Я приглашу Джеймса и, может, подругу Ханны. Как тебе такой состав?

Лицо матери просветлело.

– Замечательно, Тео! Только сообщи мне о времени.

Я кивнул, обнял её и вдруг почувствовал запах. Лёгкий, тёплый, знакомый до боли.

Мамины духи.

Те самые, которыми она не пользовалась уже… сколько? Три года? Четыре? Чёрт, я даже не помнил, когда в последний раз ощущал этот запах в доме.

Неужели всё дело в Фрэнке? Я хотел спросить об этом, но решил не давить на мать. Всему своё время, выясню это позже.

– Твоя мама потрясающая, – сказала Ханна уже в лифте, коротко взглянув на меня. – Я… представляла её иначе.

– Просто поверь, что ещё вчера она была совсем другой.

Как и я был другим.

От близости Ханны мне вновь кружило голову, хотя я даже не касался её, а сердце в груди забилось быстрее. Я знал это чувство и упорно гнал его прочь от себя.

«Мы просто трахаемся!» – лучше не забывай эти слова Тео. Однажды ты уже потратил шесть лет своей жизни впустую, не наступай на эти грабли снова.

Но мысль, что с Ханной всё иначе, настойчиво сверлила мой череп и не давала покоя.

Когда мы высадили Ханну у здания редакции, на часах было 8:50. Скромно поцеловав меня на прощание, она направилась в сторону кондитерской лавки на углу, чтобы купить сладости для бухгалтерии. Я хотел ей сказать, что не нужно этого делать, ведь я всё улажу, но знал, что она не оценит моё вмешательство и, скорее всего, разозлится. Поэтому предпочёл промолчать.

Подождав, пока она скроется за дверью магазина, я вышел из машины и поднялся в приёмную Эрика Линдмана. Её расположение я узнал вчера у болтушки Стефани, которая угощала меня конфетами. Устраивать скандал я не собирался, просто хотел поговорить.

Всё зависело от того, как поведёт себя Линдман. В любом случае у меня было достаточно веских аргументов, чтобы заткнуть его. Но я рассчитывал, что всё решится быстро и без лишнего шума.

– Доброе утро, главный редактор у себя? – любезно поинтересовался я у секретарши с миловидной внешностью.

– М-мистер Маршалл?! – Она растерянно улыбнулась, явно не ожидав столь раннего гостя. – Да, мистер Линдман пришёл буквально пару минут назад. У вас назначена встреча? – Она перевела взгляд на монитор и нахмурилась, выискивая меня в списках.

– Нет, сегодня я без приглашения.

Не дожидаясь дальнейших расспросов, я толкнул дверь кабинета Линдмана и обнаружил внутри не только его, но и ещё одного ублюдка – фотографа, который проводил фотосессию и явно имел виды на Ханну.

Мою Ханну.

Перед глазами резко потемнело, и мне понадобилось несколько секунд, чтобы разобрать слова Линдмана.

– Мистер Маршалл, что вы здесь делаете?