— Если бы тут была ещё одна… То есть, если бы тут была ведьма, — оговаривается так, будто они ещё ничего не выяснили, — вы бы знали. Учуяли своим невероятным нюхом. Как у собаки.
— Опять ты за своё, — морщится он. — Учуял бы… Хотя всякое бывает, конечно. Хм… Ладно, что там насчёт супа? Я терпеть не могу грибы. Проследишь, чтобы их в моей тарелке не было?
— Грибной суп — это грибы и вода, — ухмыляется Элис. — Может быть, хотите чаю?
— Хочу, но я ещё и голоден. Разве кроме грибов там нет какой-то крупы и овощей? Просто подашь мне без самих грибов в тарелке.
— Вы во всём виноваты, — поднимается Элис и спешит на кухню с удвоенной скоростью, — будете воду хлебать!
— Нахалка, — хмыкает он ей вслед и с сожалением понимает, что уже не заснёт.
***Дина Картер поправляет волосы, стоя у окна. Она выглядит слегка заспанной, глаза чуть припухли. Но что ещё делать, будучи запертой в замке, пусть и по своей воле, где время тянется так медленно, а то и вовсе застывает?
— Я слышала голоса внизу, — оборачивается она к Курту. — Поужинаем вместе со всеми? Как я выгляжу?
Он сидит, привалившись к стене. Всклоченный, как всегда, ошалелый. Сверлит её странным, едва ли приятным взглядом и сдерживается, чтобы не сказать что-нибудь в своей обычной манере.
— Как… корова! — всё же вырывается. — И со всеми, это с кем?
Но Дина поджимает губы и хмурится.
— Почему, как корова?! — оглядывает она себя. — Я… Вообще-то, я даже похудела здесь.
Он облизывается.
— Что думаешь дальше делать?
— Не знаю, — решает она не продолжать допытываться, да и, право, не обращать же внимания на его слова? С чего вообще её это волнует? — Буду решать, смотреть по обстоятельствам. Но я надеюсь, что всё решится само, всё-таки граф ваш за решёткой… Так, что, спустимся? Я слышала голоса.
— Тебя тут ещё и кормить должны?
— А что, — хмыкает она, — хочешь, чтобы я умерла с голода? Или, — начинает вдруг беспокоиться, — вы настолько бедны здесь? Нет, я вижу в каком состоянии это место, но мне как-то в голову не пришло, что…
— Я не могу выйти, там пока тот, кто не должен знать, что я живой. Подожди немного.
— Враг? Почему тогда этот человек здесь? Или он из стражей, а ты скрываешься? Но почему тогда скрываешься в замке рядом с ним?
— Он думает, что я фея, — ухмыляется Курт поднимаясь.
Дина смеётся.
— Он тебя видел вообще, ты скорее… Хм, — задумывается и подходит ближе, чтобы шутливо ухватить его за прядь волос и потянуть. — Даже не знаю… Кто-нибудь из леса. Лохматый, страшный и дикий. Мне-то, — тут же переводит она тему и отступает на шаг, — что делать?
Он притягивает её к себе за талию и вглядывается в милое, чистое личико.
Ещё несколько лет назад подобная особа никогда не посмотрела бы в его сторону, а теперь такая, как она, спит с ним на чердаке и крадёт объедки из кухни.
— Я же сказал, жди.
— А-а, я думала, ты… Думала, ждать придётся долго, — живот у неё урчит и Дина в смущении закусывает губу, отводя взгляд. И при этом — кому сказать! — не отступает, не отстраняется от него. — А ещё, — шепчет вдруг, — мне хочется… Знаешь, чего очень хочется?
Он, не стерпев, прижимает её к стене и ведёт холодной ладонью от горла ниже.
— М?
У неё перехватывает дыхание, она судорожно выдыхает томное: «ах», и всё-таки высвобождается из его рук.
— Позволяешь себе лишнее, — поправляет Дина блузку с гордым видом, будто не она только что едва не растаяла в его ладонях. — Не этого хочу! Сладкого мне принесёшь? Я люблю пудинг, например.
— Я же тебе его не приготовлю, — выдыхает Курт. — Это тебе не гостиница.
— Найди, — ведёт она плечиком, и бросает на него красноречивый взгляд, — где достать. Разве не можешь?
Он ударяет кулаком о стену.
— С огнём играешь!
А потом и сам пугается. И вглядывается в неё, ожидая реакции.
Но Дина смотрит на него строго и непонимающе.
— Да что с тобой? — спрашивает серьёзно. — Или… — совсем вдруг меняется её тон, и она снова отходит к окну, чтобы незаметно, как ей думается, взглянуть на себя в слабом отражении. — Правда, как корова выгляжу?
Он скрежещет зубами и выбегает на лестницу, чтобы там поколотить стены.
Наплевав в этот момент даже на то, что Кроули может его услышать.
Тем временем внизу все уже уселись за стол и даже успели немного переговорить о делах.
Кроули действительно слышит Курта и качает головой, скорбно объявляя Герберту:
— Снова еноты забрались.
Но граф не теряется и выходит из-за стола, виновато улыбаясь Элис, которая как раз подаёт им суп.
— Пойду проверю на всякий случай. Начинайте ужинать без меня.
Герберт спешит наверх, радуясь, что Курт, оказывается, на месте, и находит его на ступенях.
— Ну, здравствуй. Как ты здесь?
Курт совершенно не удивляется, ведь умудрился подслушать не так давно сотрясавший воздух разговор Герберта и Элис.
Что она, кстати, себе позволяет?
Маленькая… гадина.
— А, пёс, — выплёвывает с облегчением. — Ублюдок. Блохастая тварь. У… Ууу… Оо… Овощ, — казалось бы, приступ подступает к горлу, а слов на языке вертится не так много. Герберт усмехается будто недобро, однако голос звучит спокойно и даже с неким теплом: