— Боже, папочка, нет между нами ничего. — устало простонала я. — мы не встречаемся. Я с ним не сплю. Артур мой тренер по йоге. Мы занимаемся Й-О-Г-О-Й.-пыталась достучаться до отца я. — папочка, между нами нет секса. С чего такие выводы и почему такая циничная позиция, мой хороший? — я прикоснулась к его гладкому лицу. — что случилось?
— Это опыт. — он нежно поцеловал внутреннюю сторону моей ладони и снова сжал пальцы. — опыт, милая. Или ты или тебя, но в наше время, конечно же, будет тебя. Купить тебя можно, а можно подставить. Ты можешь сама попасть на деньги, и тут не так много вариантов, Мил, либо ты все будешь делать за деньги, либо тебя пустят по кругу, либо просто грохнут. Неужели ты считаешь себя такой особенной? Что я говорю? — он резко схватился за голову. — малышка, прости, что-то я совсем разошёлся. Мил, прошу, прости, меня. — меня ввёл в ступор его совершенно новый тон….
Я была настолько напряжена, что не могла найти себе места. Ванная…это было мое спасение. Нежась под струями теплого душа, направляя такой приятный и сильный напор воды на шейку, грудь и промежность…я не могла отделаться от мысли, каким грубым может быть отец доводя меня до настоящего эмоционального кипения. Я мечтала покорно смотреть ему в глаза, как похотливая, продажная шлюшка. Представляла до диких женских спазмов возбуждения, как было бы приятно ласкать его член, страстно целовать губами оголяя такую горячую, яркую головку, ласкать его всего своим телом позволяя чувствовать самую настоящую любовь, какую ему никогда не могла дать моя мать.
Как умудряется сдерживаться? Как он может одергивать себя? Видеть такую красивую, сформировавшуюся дочь, которая так безумно хочет тебя, как мужчину…я никогда не закрывала дверь, честно говоря специально. Я увидела его силуэт за тонкой, скрывающей шторкой. Он вошел тихо, и я не сразу заметила его приглушённое, чувственное дыхание за своими стонами. Боже, он ведь видел, как я выгибала спину, пуская дикий поток воды между ног расставленных так широко…Отбросив в сторону свой домашний халат, он провел ладонью по отвердевшему члену, что отреагировал на меня моментально. Желание взяло над ним вверх. Взяло вверх над предрассудками и всякими моралями. Мне хотелось провалиться сквозь землю, только бы это время никогда не кончалось, хотелось, чтобы он видел, как я буду сгорать от страсти под чутким взором его смотрящих серых глаз…От его чувственных, ритмичных движений я почувствовала, как мои сокращаются мои мышцы, нарастает по всему телу тепло, что постепенно переходит в нижнюю часть живота, а во рту не хватает слюны. Отец выдал себя тихим, глухим стоном после моего простого желания провести языком по пересохшим губам.
Я выключила воду, и шум смолк. В зеркале напротив отца я увидела его во всей красе. Волосяной покров распространялся по всему его крепкому телу. От груди словно тропинка, волосы спускались к пупку. Ниже пояса, на бедрах волос было чуть больше. Я и представить себе не могла, как красиво может быть мужское тело. Его черный халат распахнут на торсе, что придает ему еще большей сексуальности. Ласкающими движениями он поглаживает свой член, запрокидывая от удовольствия назад голову. Боже, как бы я хотела шептать ему, какой он красивый, какой он замечательный. Твердое мужское орудие напряжено пульсировало в его руках. Мое тело моментально откликнулось на его действия. Медленно проводя пальцами между своих ног, я чувствовала невероятный жар и желание тереться губами и отвердевшим похотью клитором о его член. Дыхание становилось частым, и все мое нутро источало запах сладкой, одолевающей меня похоти. Возбуждение нарастало волнами все больше заполняя мое сознание. Я не слышала себя, и только отец сходил с ума от моих стонов, моих тихих повизгиваний перерастающих в крик удовольствия. Очередная волна оргазма зарождалась внизу моего живота полностью поглощая всю меня: сознание, тело, желание.
— Ох, папочка, я хочу услышать, как сильно ты меня хочешь. — простонала я запуская два пальца внутрь своего скользкого лоно. — пожалуйста, папочка, не бойся, не думай о приличии, будь моим самым неприличным мужчиной. — срываясь на стон прошептала я. — меня это очень возбуждает. — мой голос срывался на глубокий, пронзительный стон. — о, папочка….
— Мила, девочка моя… — тяжело дыша, рычал он и его ладонь все быстрее ласкала напряжённый член. Его дыхание ускорилось, будто бы он чувствовал тоже, что и я: желание вкусить самого родного человека, желание слиться с ним в одно….наполнить сосуд нашими эссенциями порочности и похоти. Желание достигало непреодолимой силы. В зеркале мне открывалась возбуждающая, откровенная картина: отец с напруженным до предела член с бесстыдно открытой налившейся головкой ускорял движения ладонью. Бесконтрольный темп…конвульсивно, получая особое ощущение наслаждение и боли, страсти и стыда.
