Луна стояла ни жива ни мертва. Ей показалось, что она попала в центр северного сияния. Вокруг все переливалось насыщенными цветами – от темно-синего до сиреневого.
И только Лунфич, упавший рядом, вывел ее из оцепенения. Слабо шевельнув крыльями, он превратился в Фиччика… Фиччика, у которого уже осунулась мордочка, а в глазах застыла боль. Девушка подхватила его на руки и быстрым движением стянула с себя шарф и сняла маску, нацепив ее на мордочку хранителя. Тот сделал судорожный вдох.
Холод был такой, что облачко пара, вырвавшееся изо рта Луны, тут же замерзло и превратилось в искрящийся ледяной шар, который завис перед ее глазами. Она осторожно тронула его рукой, спрятанной в толстую перчатку. От прикосновения шар лопнул, обдав ее сверкающей ледяной пылью.
Фиччик мотнул головой и замычал, приходя в себя. Глаза посветлели, в них появились искорки жизни. Отняв маску от его мордочки на несколько секунд, Луна сделала судорожный вдох и вновь вернула ее Фиччику. Она озиралась в поисках обратного пути, но не понимала, куда идти. В отчаянии Луна повернулась к Каэлию. Кислорода оставалось все меньше. К тому же приходилось делиться с Фиччиком. Еще немного, и они оба задохнутся и погибнут.
Каэлий слабо застонал. Горестно воскликнув, Луна бросилась к нему и почувствовала, как ее руки начали требовательно гореть. Невзирая на протесты Фиччика, Луна скинула перчатку. Ладонь полыхала серебристым светом. Такого сияния девушка не видела никогда. Искрящуюся вспышку увидели даже драгомирцы, ждавшие у подножия горы. Сняв вторую перчатку, Луна протянула руки к Каэлию, который был покрыт ужасными рваными ранами, оставленными в его прозрачном теле ядовитой пеной.
Это выглядело странно. Со стороны казалось, будто девушка гладит воздух, в котором плавают бездонные черные пятна. Под ее руками пятна становились меньше, пока не исчезали совсем. Луна сосредоточенно лечила Каэлия, даже не замечая, что не чувствует холода. Но как только свет на ладонях иссяк, мороз тут же впился в нежную кожу. Девушка дернулась и поспешно натянула перчатки, судорожно сгибая и разгибая пальцы, чтобы отогреть их.
Каэлий, мотая огромной головой, с удивлением оглядывал себя. Увидев, что от страшных ран не осталось ни следа, он торжествующе завопил, оглушив людей по всему Драгомиру.
Затем Каэлий зачерпнул немного ветра вместе со всполохами и искрами, пронзавшими его, и закутал Луну в соткавшийся буквально из воздуха небесный плащ, который тут же согрел ее. Убедившись, что ее щеки начали розоветь, Каэлий подхватил девушку и ринулся вниз.
– Погоди! – прокричала она, приподняв маску. – Чуть ниже, у выступа, мои друзья.
Каэлий сделал оборот вокруг горы и подобрал Стефана и Аметрина, которые напряженно вглядывались в пустоту, где пропала Луна. Каково же было их изумление, когда прямо перед ними возникла огромная прозрачная рука. Ее было практически не видно, только дрожащий воздух обрисовывал контур. Рука схватила их, сжала в кулак, и они полетели вниз.
Луна также попросила Каэлия прихватить и лунфилет, который оказался неоценимым изобретением. Каэлий потащил его за собой на веревке, словно огромный воздушный шарик.
Правители, напряженно державшиеся за руки, вдруг поняли, что они свободны. Чары больше не нужны. А это значило лишь одно.
– Луна возвращается! – хором прокричали они.
Шатаясь и поддерживая друг друга, правители поспешили на улицу и в изумлении застыли, увидев невероятное зрелище. Стефан и Аметрин летели в воздухе, плотно прижавшись друг к другу. В полуметре от них плавно спускалась Луна. При этом она не делала никаких движений, словно стояла на невидимой лодке, которая медленно плыла по небесному океану. Луна была закутана в искрящийся плащ, сотканный из ветра и кристаллов. Он развевался за спиной, еще больше увеличивая ее сходство с неземной феей.
Когда маленькие фигурки приблизились к земле, все увидели очертания двух гигантских прозрачных ладоней. Правая ладонь была сжата в кулак. Именно там находились Аметрин и Стефан. Только теперь правители поняли, почему юноши так странно и нелепо выглядели. А вот Луна горделиво стояла на левой ладони, держась за большой палец, услужливо подставленный Каэлием. В том, что это именно он, уже никто не сомневался.
Поставив Луну и ее спутников на землю, гигантские ладони взмыли вверх, и Каэлий распрямился во весь рост, на мгновение став видимым для людей. Его голова была где-то среди облаков, а волосы, взметнувшиеся тяжелой волной, заняли весь небосвод, покрыв его мелкой рябью перистых завитков.
– Спасибо, – выдохнул он, обдав собравшихся порывом ветра, от которого они едва устояли на ногах. – Я никогда не забуду, что ты сделала.
Каэлий почтительно склонился перед Луной, утащив за собой половину неба на землю. Не успели люди испугаться, как он уже распрямился и исчез.
– Ура! – грянул хор голосов, который тут же подхватили и разнесли по всему Драгомиру птицы, звери, растения, ручьи и ветры.
Черная книга воздуха была уничтожена.
– Ничего, ничего, девочка моя! – приговаривал Александрит, помогая дочери вылечить обмороженные руки.
