– Да поможет им Эссантия, – эхом отозвалась Луна.
После того как юноши коснулись блестящих шаров, по телу обоих прошла волна и им почудилось, что их пронзила молния. Эгирин пошатнулся, едва устояв на ногах. Аметрин подхватил его под локоть, не дав упасть к иглам, которые обрадовались долгожданной жертве.
– Так! Что мы имеем? У тебя огонь, у меня земля, у нас обоих иглы. Выход там. Нужно дойти до него, используя предложенные способности. Ты можешь попробовать расплавить иглы огнем, я покажу как, а вот что делать мне?
– А ты можешь призвать корни. Они оплетут иглы, чтобы ты смог пройти.
– Я и корни? Помнится, Луна никак не могла справиться с этим заклинанием из-за своего несносного характера. А у меня-то характер еще хуже.
Луна, отлично все слышавшая, неопределенно хмыкнула, пообещав после поединков намылить кое-кому шею и показать свой несносный характер во всей красе. Сентария весело подмигнула подруге, прочитав ее мысли.
– Хотя… Если даже Сентария с ними справилась, то я и подавно смогу, – между тем продолжал Аметрин. – У меня все же выдержки побольше.
Сентария тут же подавилась улыбкой, и на лице ее отразились еще более кровожадные мысли, чем у Луны.
– Ну… Давай пробовать! – глубоко вздохнул Эгирин. – Что мне нужно сделать? Помахать руками?
Он изобразил что-то вроде боевого танца, насколько это было возможно на таком приступочке.
– Я тебе дам помахать! – вскричал Аметрин. – Сожжешь тут все вместе с иглами и со мной. Я-то не защищен от огня, в отличие от некоторых. Сосредоточься. Визуализируй сферу. Посади в нее огонь, а затем определи цель и бросай, – начал объяснять Аметрин.
Эгирин, внимательно слушающий друга, кивнул и закрыл глаза. Сделать сферу получилось легко. С этим справлялись все ученики, начиная с четырнадцати лет. А вот создать огонь никак не получалось. Эгирин пристально смотрел на ладонь и пытался представить на ней огонь. Но инстинкты вопили во весь голос. В отличие от огненных, он, как любой другой человек, боялся открытого пламени и его жалящих языков. Это в Гарнетусе с ним играли с пеленок, а вот земные всегда опасались огненной стихии. Еще бы, ведь огонь мог в одночасье погубить целый лес или поле, спалив все дотла.
– Пока не выходит, – вытирая пот, признал Эгирин. – Давай, чтобы время не терять, я тебе объясню, что надо делать, а потом будем вместе пытаться.
Он быстро объяснил Аметрину, как призывать корни из земли. Аметрин покачал головой. Да уж. Он-то привык командовать своенравным огнем, на который часто приходилось прикрикивать, чтобы заставить подчиниться, а земная магия, наоборот, не терпела строгости. Здесь требовались ласка и бесконечное терпение.
Сентария хмыкнула, представив, как «бесчувственный чурбан» (она с легкой руки Луны тоже так называла Аметрина) будет уговаривать землю помочь ему.
– Так ему и надо, – мстительно прошипела Сентария, вспомнив нелестное высказывание Аметрина о ее характере.
Теперь уже настала очередь Луны понимающе улыбаться подруге. Но, несмотря на обиды, обе девушки продолжали неистово и сильно болеть за друзей.
Тем временем Аметрин и Эгирин потели, пытаясь справиться с незнакомой стихией, а также обуздать свои страхи и характер.
После долгих усилий на руке Эгирина заплясал огонек, такой маленький, что огненные зрители загоготали в голос. Еще бы. Такую крошку они даже не видели никогда. Разве это огонь? Пламя меньше, чем от зажженной спички.
Эгирин же как завороженный смотрел на это чудо. На его ладони горел настоящий огонь. И он не обжигал, не кусался, а весело танцевал, притягивая взгляд. Как только юноша понял, что огонь не причиняет ему вреда, дело пошло на лад. Усилием мысли он приказал пламени разгореться, и вот уже полноценный огонь пылал на его ладони. Настороженно посмотрев на незнакомого человека, который призвал его, огонь начал было крутиться, но тут же остановился, оглушенный грозным окриком. Пару раз огрызнувшись и пошипев искрами, он присмирел и, подгоняемый властным голосом, послушно залез в сферу, где разгорелся в полную силу, выпустив все свое негодование. Эгирин, не обращая внимания на гнев огня, который был ему только на руку, размахнулся и бросил сферу на пол в метре от порога.
– О-о-оу, – взвыл он, когда взрывная волна припечатала их с Аметрином к каменной стене.
Дышать стало тяжело. Словно грудную клетку расплющило взрывом. Кое-как сделав первый вдох, Эгирин с новым уважением взглянул на друга, который, закрыв глаза, продолжал что-то нашептывать вполголоса.
Огненная сфера попала точно в цель, и, как предсказывал Аметрин, сила огня оплавила острые кончики игл. Они расплющились и теперь больше походили на гвозди с круглыми шляпками, нежели на иглы. Прикинув расстояние, Эгирин оттолкнулся и прыгнул, попав на образовавшийся островок безопасности.
– Давай за мной! – крикнул он другу.
– Нет, – ответил Аметрин. – У меня свой путь. Иди и не оглядывайся.
– Ну нет, я тебя подожду у двери, – заупрямился Эгирин.
– Давай, не отвлекайся. Отлично получается. Только не забывай группироваться, чтобы ударная волна не принесла тебя назад.
