– Спасибо! – откликнулся Эгирин и вновь начал создавать огненную сферу.
Хоть он и понял, что пламя не причинит ему вреда, все же мысленный барьер преодолеть было сложно, и размеры огонька вновь повеселили опытных воинов. Упрямо нахмурившись, Эгирин заставил пламя разрастись, и вот уже новая сфера приземлилась в метре от прежней, еще немного приблизив Эгирина к выходу. В отличие от первого раза, он приготовился, пригнувшись и уцепившись руками в металлические основания игл, прочно вбитых в пол. Взрывная волна прошла мимо, даже не задев его. Эгирин изумленно выпрямился. Он понимал, что стержни игл раскалились и температура их высока. Тем не менее он спокойно держался за них голыми руками. Он вновь с еще большим уважением посмотрел на Аметрина. Огненная стихия заслуживала восхищения, и немалого.
И тут комната для испытания задрожала.
– О нет! – воскликнул Эгирин. – Неужели время заканчивается?
Он окинул тревожным взглядом бесконечную комнату, оценивая расстояние. Чтобы дойти до цели, ему нужно было как минимум еще раз двадцать повторить всю процедуру.
– Нет! – донеслось сзади. – Это я!
Эгирин повернулся и увидел, как сквозь землю проклевываются первые робкие корни. Это были совсем молоденькие побеги какого-то неопытного кустарника, который не смог противиться зову Аметрина. Деревья постарше отзываться не спешили, иначе их потом засмеют, что они поддались чарам огненного воина.
Но Аметрину было достаточно и молодых корней. Утерев лицо, покрытое крупными каплями пота, он продолжал вызывать корни, прося их о помощи. Корни медленно, но верно прибывали, заполняя пространство между острыми иглами. Когда они дошли до самого верха, перед Аметрином образовалась вполне удобная плетеная тропа, по которой он мог двигаться к двери.
– Давай, не бойся, они не подведут, – подбодрил его Эгирин.
– Да я и не думал бояться, – буркнул Аметрин, сделав первый шаг.
Пружинистая дорога качалась под ногами, словно батут. Корни сгибались под весом Аметрина, но мужественно держали, хоть и скрипели на все лады. Тот, неуклюже балансируя, старался быстрее переставлять ноги, чтобы как можно меньше задерживаться на одном месте. Ему было жаль растения, пришедшие на помощь, и он боялся им навредить. Но корни оказались крепче, чем он думал. Извиваясь перед ним, они потихоньку ткали дорогу к победе.
Эгирин не отставал. Приноровившись, он уже быстро создавал сферы и кидал их перед собой, прыгая с одного островка безопасности на другой.
Дверь приближалась. Драгомирцы повскакивали с мест и громкими криками подбадривали участников. Им нравились оба претендента, и впервые в истории поединков у публики не было явного фаворита. За ребят болели одинаково сильно.
Чувствуя такую поддержку друзья, невзирая на боль в мускулах, превратились в механизмы, упорно выполняющие монотонную работу. И вот последняя сфера полетела, расплавив иглы, и последние корни сплели дорогу, приведя друзей к финишу. Они одновременно шагнули на широкий порог, и дверь открылась.
– Ур-р-ра! – прокатилось по трибунам.
Ребята повернулись и приветственно замахали зрителям, а затем послали воздушные поцелуи болельщицам, которые визжали изо всех сил, чтобы именно их голоса были услышаны.
– Вот павлины, – проворчала Сентария, откидываясь на спинку стула.
Сама того не замечая, все испытание она провела с Аметрином, уговаривая родную стихию помочь ему справиться и пройти. Луна тоже разжала кулаки, потирая ладони, на которых остались следы ногтей. Она тоже шла с Эгирином, считая про себя: «На раз – создали сферу, на два – запустили в нее огонь, на три – прицелились, бросили», – даже не заметив, что, как заклинание, повторяет слова, которые крутились в голове во время решающего сражения с Гиацинтом.
– Можно немного выдохнуть, – прошептала она.
– Это только начало, – откликнулся Александрит. – На финал уходит целый день, так что запасись терпением.
Луна лишь вздохнула. Дверь захлопнулась, и локация вновь изменилась.
Теперь участники оказались в месте, полном ярких цветов, диковинных птиц и невиданных бабочек. Но не только красота бросалась в глаза. И трава, и деревья, и цветы, и бабочки с крохотными птицами, и даже водопад, льющийся прямо с неба, были одного рубинового оттенка. Сам рубин был везде. Он сиял с сердцевины каждого цветка, сверкал, как роса, на широких листьях, украшал усики бабочек. Даже в ручье вместо гальки перекатывались настоящие рубины.
– Вот она, сила рубина, – пронесся шепот по трибунам.
Ребята прошли первое испытание, и им предстояло сделать выбор. Берет ли кто-нибудь из них приз за третье место, силу рубина, позволяющую быстро перемещаться в пространстве, и титул рубинового мага – или нет. Если они пойдут дальше, то возврата назад уже не будет. Таковы многовековые правила, и поэтому друзьям нужно крепко подумать.
Дойдя до стойки, на которой красовалась статуэтка, украшенная рубином, Аметрин и Эгирин выдержали паузу, заставив зрителей затаить дыхание.
– Ну точно актеры! – воскликнула Луна, усилием воли заставив себя сидеть спокойно.
