История не расставляет всё на свои места, она удобно пишется победителями. И редко проигравшие нарекаются героями. Мог ли в реальности существовать герой, способный в такой ситуации выбрать иное? Обычный, простой, бытовой герой… Не из комикса или выдуманных новостей. Который защитит угнетённого. И даже проиграв, он останется героем, а не забудется дураком.
История помнит правителей, помнит победителей, но не тех, кто ведёт человеческую жизнь вперёд, не тех, кто совершает прорывы, что-то изобретает, не тех, кто попросту вопреки всему защитит невиновного.
А ведь кто иной, как не подобный герой, будет излучать тёплый свет со страниц истории?..
Когда мы с Мидием шли на последнее на сегодня занятие по теории магии, неожиданно перед нами возник Констанций. Ничего не говоря, он прижал меня к стене, несильно придавив шею предплечьем. Я попытался вырваться. Мидий не вмешивался.
— Говори!
— Что? — выдавил я из себя.
— Не придуривайся!
— Извини, я не…
— Что случилось с Мейбл?! — Констанций перешёл на грозный крик, — Говори! Признавайся! Что ты знаешь! Он ведь сказал! — в уголках его глаз я видел зарождавшиеся слезинки. Я не знал, что ему ответить…
— Я не…
— Хватит! Ты точно что-то знаешь!
Констанций отпустил меня, его колени подкосились. Мидий положил руку ему на плечо.
— Констанций… — попробовал обратиться к нему Мидий.
— Прошу, скажи! — теперь же в голосе Констанция звучала мольба, а слёзы уже образовали влажные тропинки.
Даже при желании признаться, я банально не знал, как сказать ему произошедшее на латыни. Сказать о том, что произошло с Мейбл. Стало ещё более мерзко на душе. Как от своей беспомощности, так и решения. Тем не менее… Невмешательство.
— Пойми, если он повинен, то без веской причины и доказательства моих слов я не смогу назначить ему Священную Дуэль!
От этих слов у меня в животе всё сомкнулось… Мидий одёрнул руку, ахнул, но тоже не нашёл что сказать. Я боялся, что именно к этому всё и придёт. Невмешательство.
— Мне нужна от тебя твёрдая причина. Прошу! Хакуро! Ради Мейбл! — Констанций молил. — Мне нужно знать!
Невмешательство…
— Прости, Констанций, я не…
Он не дал мне договорить, глаза налились злобой, ручейки слёз казались огненными речками, мольба сменилась яростью. Ненависть его взгляда оставила новый шрам на сердце.
То, чего я боялся, произошло как раз на уроке.
Сорвав занятие Дрейдеса по теории магии, Констанций вскочил со своего места. Сидел он поодаль от нас с Мидием, тем не менее я заметил и ощутил исходящие от него злобу и ненависть. Он буквально пылал их чёрным поглощающим огнём. Констанций подбежал к скучающему Годрику, отряд которого присутствовал вместе с нами на курсе теории магии. Тот недовольно поднял голову.
— Чего тебе? Напился? Бутылка в голову ударила?
— Я знаю, что ты сделал, ублюдок.
— О чём, Констанций, не понимаю, — Годрик начал ковыряться в носу, буквально выражая незаинтересованность в происходящем.
Дрейдес не стал вмешиваться. Насупившись, он только внимательно наблюдал за происходящем. Я видел его нервные постукивания пальцами по столу. Он отложил книгу. Иногда его рот приоткрывался, мне так и казалось, что он хотел что-то сказать, но словно невидимые силы его останавливали. Или может, законы академии? Он понимал к чему идёт?
— Я знаю, что ты сотворил с Мейбл! Ублюдок! Думаешь, боги простят тебе такое?
— Констанций, проспись! — Годрик засмеялся, указывая на него пальцем и глядя на других студентов вокруг, будто в поисках поддержки. — И что же я сделал?
— Ты… Ты… — Констанций запылал злобой пуще прежнего.
— Ну что же, ну? — Годрик сложил руки на столе и подпёр кулаками подбородок, выказывая несуществующую заинтересованность.
— Ты…
— Давай уже неси свой околесицу.
— Ты взял Мейбл! — Констанцию далось это с трудом.
— Куда? — Годрик вновь расхохотался.
— Ты… Ты… изнасиловал мою сестру!
Любые тихие перешёптывания вокруг мгновенно затихли.
— Ужас какой, Констанций, как твоя сестра после этого? — невинный взгляд Годрика выглядел мерзко. Будто отражение меня самого.
— Я вызываю тебя на Священную Дуэль по праву мести за свою сестру!
— Ну наконец-то, Констанций, наконец-то! Решился уж, — Годрик медленно встал из-за стола, — Неужто наш малой рассказал-таки, что он видел? Понравилось ему? Возбудился? Как он это описывал?
— Ублюдок!!! — Констанций закричал и схватил Годрика за шиворот.
— Одно неверное движение и никакой мести. Помни! Всё только на арене и ничего вне её! — серьёзным негромким голосом произнёс Годрик.
— Прямо сейчас!
— С превеликим удовольствием, Констанций, — медленно растягивая слова вымолвил Годрик.
Воодушевлённые студенты начали вскакивать с мест, чтобы как можно быстрее побежать в здание арены и занять лучшие места. Вопреки молчаливым возгласам Дрейдеса, которые я сумел уловить в его взгляде, общий гул совершенно разрушил урок.
— Идём, — серьёзным, совершенно лишённым общего веселья, голосом, сказал Мидий.
