Я, конечно, понимала Эмэру, но всё-таки это был просто ребёнок. И как по мне, девочка была очень милой, и будто излучала тепло и свет. Она сумела привлечь даже моё внимание, заставив надеть очки не ради красавчика. Я даже подумала, будь она постарше, то была бы как раз примером девушки, более подходящей стать парой для Татибаны, чем Эмэру. Самого Татибану, к слову, втайне от всех я тоже считала красавцем. Примерно вот такой женский образ я и представляла рядом с Татибаной, будь он героем дорамы, фанфика или додзинси[6]. Более тёплую, нежели холодность Эмэру. Хотя кто знает, может наедине с возлюбленным Эмэру и не была столь холодной, как в обществе. Очень на это надеюсь! Всё-таки японская сдержанность, присущая Ямато-надэсико, не должна распространяться на возлюбленного! В современном-то мире! По крайней мере так я считала, основываясь на романтических, чувственных дорамах.
В какой-то момент появился очередной посетитель. Им оказался Джек Арий из королевской гвардии, которого Эмэру недолюбливала. Капельки пота на оголённых мышцах рук играли светом. На мгновение я залюбовалась юношей. Как и в первый раз, когда мы его встретили.
— Госпожа Дева Орхидей, вижу, у вас нет сопровождающего. И даже не смотря на обилие желающих познакомиться с вами, некоторых важных персон вы упустили. Прошу, следуйте за мной, я вас представлю.
Эмэру сдержалась, хотя не удивлюсь, если она заметила в его искренних словах ехидство, она последовала за ним, мы, впрочем, тоже. Её «свита» как-никак.
— Как вам вечер? — красавец Джек шёл рядом с Эмэру, будто её кавалер. И они прекрасно смотрелись вместе!
— Прекрасно, — кратко ответила Эмэру.
Знай я латынь, непременно спросила бы его сейчас о наличии невесты. Эх, может Эмэру, как всегда, права?..
Всей нашей славной компашкой мы подошли к нескольким великовозрастным мужчинам.
— Господа, я имею честь представить вам Мику, Деву Орхидей. Просим прощения, что не уделили вам время раньше, — Джек низко поклонился.
Эмэру не стала повторять своё имя, а просто поприветствовала уже явно привычным ей жестом. Реверансом в её исполнении можно было любоваться бесконечно.
Самый старый из них, седой старик в длинных светлых одеяниях обратился первым ещё до того, как Джек представил их Эмэру:
— Сенатор Луцио Гай, глава дома Гай, — он одарил Эмэру недовольным и будто разочарованным взглядом, — Надеюсь вы будете исполнять свои обязанности столь же ретиво.
— Спасибо, сенатор Гай, — уже успокоившаяся Эмэру подверглась очередному удару, но стойко его выдержала.
— Это сенаторы Афлис Доралий и Тот Анций, — Джек кивнул двум мужчинам, чуть моложе сенатора Гая.
— Вы ослепительно прекрасны и сияете сегодня будто солнце на небосводе! — сенатор Доралий в отличие от сенатора Анция задобрил нашу Эмэру.
— Будь я чуть моложе, осмелился бы пригласить вас на танец. А так не хочу навязывать вам время со стариком! — сенатор Анций захохотал. Все трое друзей подняли бокалы.
— Надеюсь, Джек, в будущем вы к нам присоединитесь. Обсуждения у нас очень бурные! Местечко для дома Арий в сенате припасено за все прошлые заслуги! — сенатор Доралий очень по-доброму обратился к Джеку.
— За вас, госпожа Дева Орхидей! — произнёс тост Анций. Впрочем, сенатор Гай не был доволен, судя по всему, очередным для них тостом. По взгляду можно было понять его отношение к алкоголю.
Когда мы сумели от них отвязаться и отойти в сторону, то перед тем, как Джек повёл нас дальше, Эмэру холодным голосом обратилась ко всем нам:
— Всё, отныне, с завтрашнего утра, я устанавливаю правило!
— Погоди, Эмэру, какие ещё правила?! — попытался возникнуть Исикава.
— Цыц!
Исикава замолк и вернулся к тарелке. Неужели он всё это время таскал её с собой?!
— Правило! Даже внутри нашей компашки, отныне, будем стараться как можно чаще общаться на этой чёртовой латыни! Иначе это станет кошмарной мукой! Японский только для объяснений и крайних случаев! Хватит палить им наш язык, того, что выдал король, мне сегодня хватило! В обществе вообще никакого японского! Вот так!
Видимо, отныне настанут тяжкие времена…
Пока Джек вёл нас, Эмэру продолжала вполголоса возникать. Юноша ничего не слышал. А мы ещё как! Ох, и устроит же нам Эмэру, когда вернёмся домой в собор, за всю сегодняшнюю критику в её адрес! Наверное, она её за всю жизнь столько не получала!
— Хакуро, чего это ты сегодня левой рукой машешь? — обратился ко мне Мидий.
Очередная тренировка по фехтованию, где мы отрабатывали удары под надзором инструктора Гориуса. Он всегда был недоволен то стойкой, то положением руки в тот или иной момент удара. Та ему мышца не так, эта тоже. Тут нога не там стоит. Совершать один и тот же мах, заданный инструктором, та ещё назойливая задачка. А он даже не хвалил никого и никогда! Доставалось мне знатно. И только когда инструктор отворачивался, то мы с Мидием могли выдохнуть и не так напрягаться.
