Страж занёс свою металлическую руку и рубанул горизонтальным взмахом так, что точно свалилось бы огромное дерево. Не сдержавшись, я даже закричала. Юноша согнулся назад и встал в мостик, лезвие пролетело над ним в настолько незаметное мгновение, что бросок топового питчера увидеть и то проще. Казалось, даже не пережидая удар, а просто высчитав время, он тут же совершил пару переворотов назад, касаясь земли то руками, то ногами, затем прыгнул на стену, оттолкнулся и пулей рванул в сторону стража. Я лишь мельком заметила, как он выставил перед собой руки, на которые было что-то надето, а затем увидела взлетевший в воздух шлем. Мои руки были ледяными от осознания, с какой опасностью мы столкнулись. Юноша оттолкнулся от доспеха, благодаря чему не позволил стражу себя схватить. Пока он совершал этот прыжок вверх, его глаза были закрыты. Выглядело, будто он получал от происходящего удовольствие. Когда пришло время падать, он сгруппировался и нырнул прямо в горловину кирасы стража. Раздался громкий звук удара, за которым последовал треск словно разбитого стекла. Голубое свечение, исходящее изнутри доспеха, прекратилось. Теперь уже обычные пустующие доспехи рухнули на дорогу, а из горловины ловко выкатился юноша.
— Повеселился? Теперь уходим! — теперь уже грозно приказала брату восседающая на стене девушка и рысцой побежала по стене.
— Надеюсь, в следующий раз ты достанешь свой паладинский меч, — обратился юноша к Кэнто. А затем взобрался на стену словно кошка и понёсся вслед за сестрой.
Я осела на дорогу и выдохнула, всё ещё не в силах сдержать дрожь.
Проснувшись этим утром, я ощущал себя необычайно спокойно, как никогда прежде в этом мире. Я не пребывал в прострации, сознание было истинно ясным. Одно лишь спокойствие. Потому что я знал. Я чувствовал, что это был день моей смерти.
Ночью мне снился очень странный сон. Неведомым образом мы с Микой оказались на песчаном пляже. Но песок был чужд нашему миру, его гладкая идеальность, а отливал он тёмно-голубым оттенком. Всё вокруг было схожего цвета. Мутное море, прекрасные волны которого нас не достигали. Тёмно-синее небо над нашими головами. Звёзды отсутствовали, казалось бы, откуда здесь быть свету? Излучал его именно этот песок. Казалось, что вокруг нас был мир стагнации. Мир, где ничего не меняется. Здесь не существовало самого понятия времени.
Мика лежала на песке и очнулась после меня. Она тоже ничего не понимала. Но мы оба пребывали в полнейшем спокойствии. Мы наслаждались временем друг с другом. Словно вскоре нам пришлось бы пойти разными дорогами. Но почему? С чего так вдруг? Ведь где ещё, как ни здесь, можно ощутить такое умиротворение?
В таком месте я совершенно позабыл о стеснении, наклонился над лежавшей Микой и поцеловал её в губы. Она засмеялась, обняла меня за шею и притянула к себе. Мы покатились по песку. Это произошло так быстро, хотя наш реальный первый поцелуй помнился мне ещё быстрее. Странно, но почему? Ведь на самом деле он был вполне долгим. И почему же эта сцена из сна стала выветриваться из моей памяти, стоило мне проснуться? Всеми силами я старался её удержать.
Кто бы знал, сколько времени мы провели там вместе. Как бы я желал такого в реальности. Но почему даже там, где не существует времени, нас должно что-то разделить? Где-то вдалеке, я заметил идущую цепочку людей. Зачем только мы с Микой этим заинтересовались? Чего нам там не хватало? Мы приблизились к веренице и ко мне обратилась фигура, лица которой я даже не видел. Он стоял на месте подле идущих людей.
Этот образ сказал мне что-то о родителях. Что я ещё могу успеть. Что на один лишь миг мне позволят вернуться. Ради них. Но я должен торопиться. Идти прямо сейчас.
Я почувствовал, как Мика отпустила мою руку. Я мигом обернулся и увидел, что она улыбалась. Я понимал без слов. Но отчего она решила, что пойду? Что я выберу этот миг, подаренный мне? Почему ей нельзя было пойти со мной? Отчего она сразу всё так решила?
Но это биение в моей груди. Мог ли я его обмануть?
Проснувшись, я долгое время лежал на кровати и смотрел на солнечный луч, проникавший через люк в крыше. Я старался удержать в мыслях лишь воспоминания о нас с Микой в этом сне. Отринул всё остальное.
Сегодня мы должны были вновь отправиться за «товаром» — трупами. Как раз для подготовки к началу нового курса, а также будущих первокурсников. В небольшой городок под названием Руссел. Не поселение, как раньше, а целый город. Оттуда была родом Эмилия, жрица, принесённая в жертву ректором Ксероном в день нашего посвящения в чёрные рыцари. Конечно же я не забыл об этом.
До сбора было ещё предостаточно времени. Проснулся я рано. Потому решил прогуляться по коридорам и залам замка академии. Когда ещё доведётся сделать это пребывая в таком умиротворении и безмятежности?
