— О, тогда я тебе расскажу о своём первом осеннем бале — он улыбнулся, вспоминая, наверное, свой первый выход в свет. — Это было удивительное время. Я тогда был еще совсем юным и безрассудным, и я не мог удержаться от небольшой шалости.
Дариан рассказал мне, как их шалость тогда привела к не очень хорошим последствия, они вместе с Константином Кощеевичем случайно создали самолетик, который вылил пунш на голову царице Альгире.
— К счастью, она была в прекрасном настроении и не обиделась, — он смеялся, вспоминая тот день. — А вот кронпринц Араэдан, который тогда стоял рядом с ней, не был так радушен. Он был крайне расстроен тем, что его костюму досталось от пунша, мы с ним потом подружились, конечно, однако дружбу начали с не очень хорошей ноты.
— А Тимар? — спросила я.
— Тимар тогда расследовал кто украл заколки у его сестры Элизы, — ответил Дариан, — оказалось, что это был княжич дома воздуха Этиль Винг, который впоследствии стал мужем Элизы.
Я смеялась вместе с ним, и в этот момент я почувствовала, что мой страх исчез. Дариан, увидев, как я расслабилась и засмеялась, встал с дивана.
— Я пойду, переоденусь, — сказал он, — а ты тем временем готовься.
Он уже был у двери, когда остановился и повернулся ко мне:
— Ты прекрасна, — прошептал он и поцеловал меня в щеку. — Я с нетерпением жду вечера.
Я улыбнулась и кивнула. Он ушел, а я осталась одна в комнате, размышляя о том, что меня ждет впереди. Подойдя к зеркалу, и начав готовиться к балу, я открыла флакон, который для меня вчера приготовила Мериана и нанесла на волосы. Как вдруг они начали искриться, я потрогала их рукой и удивилась, они стали мягкими и шелковистыми, а каждая прядь переливалась всеми цветами радуги, восхищение трепетало в моей душе. Надев красное платье которое мы купили в салоне у феи я чувствовала себя принцессой. Красное платье вместе с чуть волнистыми волосами создавало образ не той Алены что боится своей тени, а той что сейчас стояла передо мной, уверенная в себе с блеском в глазах а не страхом, впервые я была так счастлива. В этот момент раздался стук в дверь, открыв её я обнаружила Дариана, он стоял в коридоре в черном бархатном костюме и смотрел на меня с восхищением.
— Ты невероятна, — сказал он, и в его голосе звучала искренняя радость.
— Спасибо, — ответила я, улыбаясь.
Он взял меня за руку, и мы вышли из квартиры направляясь к автомобилю, открыв мне дверь, и усадив в теплый салон он сел за руль. Я смотрела в окно и перед моим взором проплывали дома, освещенные осенние парки, гуляющие люди, а потом я увидела дворец. Он был подобен зимнему дворцу в Санкт-Петербурге, но с душой сумасшедшего изобретателя, вздымался над городом. Его стены, словно вырезанные из огромного куска мрамора, были украшены башенками и арками, напоминающими о былом величии, но уже на пороге чувствовался дух будущего. Вместо хрустальных люстр — парящие механические медузы, с изящными лампами-щупальцами, освещающие залы мягким, золотым светом. Пол из полированного мрамора был перемешан с мозаикой из бронзы и дерева, создавая узор, похожий на сложную механику старинного часового механизма. В этом дворце история переплеталась с технологиями, величественные залы были украшены механическими растениями из латуни, их листья блестели под светом, а стебли вращались по невидимым путям, это был дворец, где прошлое и будущее встретились в необычном танце, где красота и мощь сочетались в гармонии. Тронный зал, подобный застывшему вихрю из золота и драгоценных камней, завораживал своей роскошью и величием, стены, украшенные резьбой, напоминали застывшую волну, а потолок, усыпанный люстрами, словно отражал звездное небо. В центре, на возвышении, стоял трон из черного мрамора, усыпанный золотыми инкрустациями, похожий на дракона, готового взлететь. Дариан, ведя меня, остановился рядом с Тимаром, который, как всегда, казался сосредоточенным и немного отстраненным.
— Вот и начинается, — прошептал Тимар, глядя на торжественную процессию.
Громкие фанфары оповестили о появлении царственной четы, царь Кирилл I, статный мужчина с рыжими с проседью волосами, излучал спокойную уверенность, рядом с ним сияла царица Мираниэль, женщина с темно-русыми волосами и глазами, полными царственной гордости. За ними следовали царевич Владислав, юноша с темно-русыми волосами и веснушками на лице, и царевна Ярославна, девушка с яркими рыжими волосами, которые словно отражали пламя.
— Свита королевской семьи, — провозгласил церемониймейстер, — приготовиться к танцу!