— Задача аналогична домашней, — продолжала тем временем преподавательница физики. — Поэтому один из вас сейчас решит ее у доски на оценку, а остальные — в тетради. Есть желающие?
Желающих не было. Один только Витя Ломаев, отличник с самого первого класса, сидел прямо и без малейшего волнения смотрел на учительницу. Остальные жались по углам парт, стараясь казаться как можно незаметнее. Да еще, пожалуй, Денис не придавал происходящему особого значения — его волновали куда более серьезные проблемы, чем намечающаяся двойка по физике.
— Так, — многозначительно протянула Альбина Дмитриевна, — посмотрим по журналу.
По классу прокатилось легкое волнение. Двоечники на задних партах пригнулись, как под обстрелом.
— Бартовский, — указала преподавательница красной ручкой на побледневшего ученика, — к доске.
— Альбина Дмитриевна, — привычно затянул тот. — Я не готов.
— Да? — усмехнулась та. — И что же на этот раз с тобой приключилось?
Вова Бартовский был бы ничем не примечательным троечником, если бы не его талант в придумывании самых невероятных и оригинальных «отмазок». Часто учителя называли его фамилию только ради того, чтобы выслушать очередное «с меня брали свидетельские показания по делу об ограблении» или «у меня собака по пути в школу утащила пакет с тетрадками. Почему? А там еще бутерброд с колбасой лежал». Далеко не все его выдумки были удачными, но уж до банальных «не успел» и тем более «не смог» он никогда не опускался.
— Понимаете, Альбина Дмитриевна, — было видно, как Вовчик на ходу выдумывает подходящую к случаю версию. — Гм… Понимаете, я решил дома этот опыт поставить.
— Какой опыт? — не поняла учительница.
— Ну, с проводящей сферой, — пояснил Вова. — И с медным купоросом. Вот только с ванной все оказалось не так просто: наверное, она была неэлектролитическая, и меня хорошенько дернуло током. Родители переволновались и отвезли меня в больницу. К счастью, ничего страшного, но уроки я сделать не успел. Вы, Альбина Дмитриевна, не думайте, — поспешно добавил он, — я не только по физике, я по всем предметам не готов! Могу даже тетради показать. Так что я, можно сказать, пострадал за науку.
— Ну, раз уж ты пошел по стопам Джордано Бруно, — улыбнулась Сычева, — то двойку я тебе ставить не буду. До конца урока. Если к звонку у тебя не будет решения этой и двух дополнительных задач, то тебя даже опыты с оружейным плутонием не спасут.
Бартовский довольно кивнул и незаметно для учительницы выудил из сумки решебник. Можно было не сомневаться в том, что до конца урока задачи будут «решены».
— Больше пострадавших нет? — поинтересовалась тем временем Альбина Дмитриевна. — Нет? Тогда продолжим. Сергеева, к доске.
— Я не пойду, Альбина Дмитриевна, — потупилась ученица за первой партой. — Меня не было на прошлом уроке.
— Да? — притворно удивилась преподавательница. — А что, тебе кто-то мешал у друзей спросить задание? Тема у нас все та же.
— Мне сказали, что ничего не задали, — чуть слышно пробормотала Сергеева.
— И кто же над тобой так нехорошо пошутил?
Сергеева ничего не ответила.
— Вот что, — подпустив металла в голос, сказала Альбина Дмитриевна. Видно было, что шутки кончились. — В следующий раз за заданием звони прямо мне, до десяти вечера. А пока ставлю двойку — за доверчивость.
Сергеева уныло молчала, отлично понимая, что двойка так же неотвратима, как глобальное потепление. Не дождавшись возражений, Сычева снова взялась за список учеников.
— Точно! — наконец, выдала она. — Леонов у нас уже два урока пропустил. И если с первого я его сама отпустила, то второй — целиком его инициатива. Надеюсь, это не помешает решить ему задачу? Леонов?
Денис в это время витал мыслями довольно далеко от физики в целом и ванн с купоросом в частности. К счастью, Орк, сидевший рядом, пихнул его локтем, и Леонов вернулся к реальности.
— А? Что? — захлопал он глазами.
— Денис, тебе, наверное, с нами неинтересно? — вкрадчиво поинтересовалась Сычева. — Или ты задумался об увеличении массы сферы за тридцать минут?
— Гм… — замялся Денис. — Ну…
— Вот и славно, — не стала дожидаться ответа учительница. — Давай тогда к доске, поделись с нами своими мыслями.
Денис послушно вылез из-за парты и подошел к учительскому столу. Взяв кусочек мела, он размашисто написал на доске: «Дано».
— Уже неплохо, — отметила Альбина Дмитриевна. — Возьми учебник и спиши данные.
«R = 5 см, t = 30 мин, М = 0,0635 кг/моль, q = 0,01 Кл», — в столбик записал Денис.
— Замечательно, — кивнула учительница. — Теперь решай. А вы, — обратилась она к остальным, — давайте в тетрадках, не дожидаясь Дениса.
Сказав это, она замолчала и выжидающе посмотрела на Леонова.
Тот немного помялся, повертел мел в руках и провел под «дано» жирную черту. Потом, немного подумав, взял в руки тряпку и начал усиленно протирать и без того чистую поверхность под чертой.
— Ты не понял, Денис, — съехидничала Альбина Дмитриевна. — Мыть доску будет дежурный и на перемене. Твоя задача — записать решение.
Вздохнув, Денис отложил тряпку и снова взял мел.