Победа — это в первую очередь преодоление собственных слабостей. Из романов «Как закалялась сталь» и «Молодая гвардия» Костик вынес непреклонное убеждение, что только железная выдержка обеспечивала героям успех в их благородных делах. Костику в эту минуту захотелось быть таким, как Павка Корчагин, как Олег Кошевой, Те ни за что не поддались бы искушению похвастать необычной находкой…
Брать с собой теперь весь сверток никак нельзя. Ребята начнут расспрашивать, разболтают все первому встречному.
Костик сунул в карман своего пиджачка странный военный билет, остальное свернул и старательно спрятал в надежном месте. Засыпав и заровняв чужую ямку, он снова забросал ее хвоей и заторопился к своим друзьям.
Дома, когда мать вышла доить корову, Костик рассказал Вере о своей находке и отдал ей найденный документ. Вера внимательно осмотрела военный билет и спросила строго:
— Ты никому не говорил о своей находке?
Костика обидел вопрос сестры.
— Разве я маленький?
— Смотри же! Чтоб ни одна живая душа не знала об этом, Даже маме ничего не говори…
Военный билет, найденный Костиком Рачинским, в тот же вечер очутился на столе у полковника Каленика. Кроме того, ему была доставлена и записка от Русаковича. В ней сообщалось, что типографию в Вязыни ограбила и сожгла банда с Волчьей гряды. Слуцкий готовится выпустить от имени бэнээр воззвание к «истинным белорусам». Один из бывших полицаев под большим секретом рассказал «Воробью», что Слуцкий — это вымышленная фамилия. В деревне Понятичи его с детства прозвали «Чечеткой». Подлинное имя «Чечетки», однако, не установлено.
— Что ж, попробуем кое-что выяснить мы, — сказал Данила Николаевич Зорову. — Надо немедленно послать в Понятичи оперативного работника.
Через два часа Каленик уже знал, что настоящее имя Слуцкого-«Чечетки» — Иван Андреевич Филистович, На фальшивом военном билете была его фотография.
— Ах ты дьявол! — оживился Яков Романович. — Можно сказать, мой землячок. А я его столько лет разыскивал! Считал уже покойником. Хотите, Данила Николаевич, получить некоторые сведения из его биографии?
— Давайте, Яков Романович, все, что у вас есть.
Яков Романович открыл сейф и достал толстую серую папку.
Это были материалы, рассказывавшие о зверствах гитлеровцев и полицаев на оккупированной территории. Яков Романович молча листал пожелтевшие от времени документы, показания свидетелей о массовых расстрелах мирных жителей, о пытках, которым подвергались подпольщики и партизанские связные в застенках гестапо. Сколько прекрасных, сильных духом людей погибло в беспощадной борьбе за освобождение Родины от чужеземных захватчиков! Здесь были страшные снимки, сделанные фотолюбителями-эсэсовцами. Повешенные юноши и девушки… Сожженные карательными экспедициями деревни с нелепыми и дикими остовами печей на еще дымящихся пепелищах…
Наконец Яков Романович нашел нужную бумагу.
— Во время оккупации, — заговорил он каким-то глухим голосом, — семья Филистовича удрала из партизанской зоны в немецкий гарнизон. Здесь будущий «спадар Слуцкий» сначала работал писарем у бургомистра волости, а потом был завербован в так называемый белорусский батальон, помогавший оккупантам в их борьбе против партизан. Перед освобождением Белоруссии Советской Армией Филистович удрал вместе со своими хозяевами на Запад.
— А где его семья? — спросил Данила Николаевич.
— Семья тоже удрала с немцами, — ответил Яков Романович.
— Та-ак, — задумчиво произнес Данила Николаевич и медленно прошелся по кабинету из угла в угол. — Лесник Жибурт в каком родстве с Филистовичем?
— Жибурт его родной дядя. А что?
Полковник Каленик высказал свои суждения, насчет того, что заметил на усадьбе лесника пионер Костик Рачинский.
— Я думаю, это нам впоследствии очень пригодится, А пока будем внимательно следить за развитием событий на Волчьей гряде и вокруг нее. Каждую минуту мы должны быть готовы к любой неожиданности со стороны этого «спадара».
— Мне хочется теперь лишь одного, Данила Николаевич, — проговорил Зоров. — Скорее доставить Филистовича в следственные органы. Доказательств его враждебной, антинародной деятельности предостаточно! Зачем тянуть? Я хорошо представляю, как должен теперь сдерживать себя наш Василь! Один неосторожный шаг… Передайте ему, чтоб подготовился к ликвидации «войска» и его командующего…
— Когда наступит время, он должен сам нас предупредить, — подходя к окну в сад, ответил Данила Николаевич. — Я вот глянул на ваши антоновки и подумал: разве будете вы их срывать зелеными, недозрелыми? Так и в каждом деле…