— Хочу. Хочу сообщить, что я не признаю себя виновным и считаю все это политической провокацией. Так и запишите.
— Так и записываю: «Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор виновным себя не признает, считает поданные иски Рода Блэк политической провокацией», — проговорил в слух, записывая в протокол слова Альбуса, Петер Ругхарт. — А почему, кстати, политической? Ведь в исках нет ни слова о политике?
— Я — фигура политическая, причем большой величины. И всякое дело, в которое пытаются меня включить, чтобы опорочить мою репутацию, — это политический акт.
— Понятно, — проговорил Ругхарт. — Нужно ли вам время для подробного ознакомления с исками, или вы готовы дать показания их сути прямо сейчас?
— Мне необходимо время, — сказал Дамблдор, — сколько максимально я могу получить?
— Три дня, — ответила ему Амелия.
— Вот три дня мне и дайте, — сказал Дамблдор, который действительно не был готов сейчас отвечать на вопросы, на которые в принципе не могло быть нормальных ответов.
— Хорошо, — сказала мадам Боунс, — тогда жду вас через три дня пятого сентября в десять часов утра. Дополнительно вам будет отправлена повестка.
«Праттс», который принадлежал Эндрю Кавендишу, был одним из старейших джентльменских клубов[5] и располагался по соседству с самыми известными Carlton Club и Boodle's на Сент Джеймс стрит. Как и в большинстве старых английских клубов, в «Праттс» были свои традиции, и некоторые — достаточно чудные. Например, для удобства гостей всех сотрудников мужского пола называли «Джорджами», а женщин туда просто не нанимали. В этом клубе было около шестисот членов, но в столовой на цокольном этаже могли обедать одновременно только четырнадцать. И каждую вторую пятницу этот обеденный зал по вечерам всегда был зарезервирован для встреч попечителей фонда «Следующий век». Попечителями являлись весьма примечательные личности, составляющие цвет английской аристократии, успешные политики и государственные деятели. Этих загадочных попечителей никто из других членов клуба никогда не видел, так как они проходили через отдельный вход и скрывали свою внешность под плащами с капюшонами, низко надвинутыми шляпами или, наоборот, высоко намотанными шарфами — всё зависело от погоды. Сотрудники службы безопасности Лорда Кавендиша всегда проверяли перед каждой встречей весь цокольный этаж на наличие подслушивающих устройств, но даже с учетом этого «попечители» обращались друг к другу исключительно по псевдонимам, которые отражали либо их положение в обществе, либо род деятельности. Они понимали, что возможности магов в шпионаже превосходят человеческие, несмотря на все новинки технического прогресса и те артефакты, которыми они обладали благодаря своим агентам в магическом мире.
Балором[6] именовался Эдвард Джон Спенсер, 8-й граф Спенсер, английский аристократ, политик и военный, по совместительству отец Дианы, принцессы Уэльской. Браном был Принц Эдвард, герцог Кентский, внук короля Георга V,
двоюродный брат королевы Елизаветы II и по совместительству Grand Master (Великий мастер) [7] [8] ОВЛА. Беленусом назвался
сам Лорд Эндрю Роберт Бакстон Кавендиш, одиннадцатый герцог Девонширский и Pro Grand Master (Про Великий Мастер) ОВЛА. [9] Дагдой был Чарльз Кадоган, виконт Челси, граф Кадоган, один из богатейших людей Англии и Deputy Grand Master (Заместитель Великого Мастера) ОВЛА. Диан Кехт — был псевдоним Питера Нормана Вуттона, барона Вуттона, заместителя Министра
13/289
здравоохранения Великобритании и Assistant Grand Master (Помощник Великого Мастера) ОВЛА. Таранисом именовался Дэвид Лоундз, барон Лоундз оф Стенли первый секретарь Министра энергетики Великобритании, а также President of the Board (Председатель совета) ОВЛА. Тевтатом был Эдвард Найджел Дерлинг, барон Дерлинг, второй заместитель Министра сельского хозяйства, рыболовства и продовольствия Великобритании и Grand Secretary (Великий секретарь) ОВЛА. Имя Эзуса носил Сэр Бродерик Эдвард Бафф, с 1977 бывший заместителем министра обороны и разведки, а с 1980 заместителем генерального директора MI5. Кроме того, он был Великим Мастером ложи Стадхолм № 1591, куда ранее входил покойный Уинстон Черчилль.
— Уважаемый Балор, вам не кажется, что в нашем генеральном плане появились некоторые трещинки? — задал вопрос Эзус.
— Что вы имеете в виду, уважаемый Эзус? — прищурился крупноватый мужчина со светлыми волосами и не самым красивым лицом.
— По роду моей деятельности я имею доступ к достаточно секретной информации. Так вот, недавно мне на глаза попалась одна
папочка, в которой сообщалось что совсем недавно, пару месяцев назад Чарли[10] возобновил отношения с Камиллой, а ведь мы потратили достаточно много сил, чтобы они прекратились до свадьбы и более не возобновлялись.
— А я-то тут причем? — возмутился Балор.
