— Поддерживаю, — коротко сказала Боунс, думая о том, что у нее есть собственная племянница, чья безопасность ей дороже, чем жизнь чокнутой маньячки.
— Как я уже говорил ранее — четверо из попечителей будут казнены. Один уже покинул нас, второй на пути за Грань. Двоих оставшихся ожидает та же участь. Бенфлит, как поступим с ней?
— Надо ее хорошенько допросить и после этого решать. Все будет зависеть от того, знала она о том, что творят ее наниматели или нет, — сказал Дракон. — Офицеров из бункера тоже предлагаю допросить и определить степень их вины. Возможно найдется кто-то, кто не имеет за собой крови и насилия. Таких определить его к солдатам на равных с ними условиях. Капитана допросить и казнить. Он убил на наших глазах своего подчиненного и явно замешан в грязных делах.
— И последнее — какая казнь будет адекватной мерой для тех, кто похищал магов, снабжая тех извергов? — спросила Амелия.
Будь это лет эдак тысячу назад, я бы знал, что делать. Они бы умирали долго, а в конце я бы самолично снес им головы и выставил на стене замка. Но сейчас другое время.
— Я знаю, что нужно сделать, — сказал Люциус. — Нужно снова собрать большое собрание, рассказать о том, что сделано, и предложить всем коллективно решить их судьбу. Но перед собранием вывесить на стенах списки тех, кого эти двое отправили в ад.
— Сжечь их нужно на медленном огне, но перед этим еще колесовать или четвертовать, — проговорил Нотт.
— Когда маги увидят списки и найдут там своих знакомых или родственников, они не поскупятся на боль, Магнус. Я лично проконтролирую, чтобы Флетчер и Уокер были живы до последней минуты, — пообещал Дракон.
После ужина с Монтермаром связался Северус и рассказал, как сложились дела в Италии.
— Нужно будет проследить еще за тем, кто захочет занять его место, и нанесём упреждающий удар. Информацию надо будет передать, конечно, тем странам, в которых есть их агенты и в МКМ, когда мы будем готовы к наступлению против Дамблдора. По поводу лишения магии: если Великая это одобрила, я тем более не стану оспаривать такое решение. Они там окончательно забылись в тепле и спокойствии, нужно было давно встряхнуть этот уголок безответственных сластолюбцев. Завтра домой?
— Завтра, но вечером. Хочу все-таки посмотреть на Стрегонторе, узнать, как бы мог я учиться, если бы моего предка не вывезли в Британию.
— Если бы его не вывезли, его бы отравили или задушили еще ребенком, и ты бы вообще не родился. Но смотри, что там ты хочешь, и не задерживайся более чем нужно. Тебя нам тут не хватает.
Утром Монтермар за завтраком обратился к детям:
197/289
— Харри, наказание за ваше пещерное приключение еще действует, но наши уважаемые леди попросили меня разрешить вам всем троим сегодня поездку в вашу будущую школу. Могу я рассчитывать на то, что вы будете вести себя прилично и не доставите проблем нашим дамам?
— В школу? — захлопал руками Харри. — Это здорово! Мы так давно хотели. Обещаю, что мы будем очень послушными и крайне аккуратными.
— И не станете подвергать себя никакой опасности и ни в коем случае не выйдете за границу защитного купола.
— Конечно, зачем нам это делать?
— Не знаю, что может прийти в ваши головы.
— Сэр, мы обещаем, что в наши головы ничего плохого, пока мы будем в школе, не придёт! — горячо поддержал друга Драко.
— Да, сэр, мы обещаем! — повторил Тео.
— Дело в том, что оно может и не быть плохим, но окажется в итоге опасным, — вздохнул Монтермар. — Достаточно того, что вы пообещаете во всем слушаться наших леди, а они уж за вами проследят.
