— Мы не тронем. Им займутся рыбы. Как и положено, — прошептал Марко, когда ему передали скованного цепями Чарльза. И, стоило русалам чуть отплыть, как Марко едва слышно прошептал. — Сделал свой выбор, самочка моя? Под человека лег. От тебя несет за версту, как от затраханного дельфина. Смотрю, тебе с человеком понравилось. Посмотрим, как понравится со мной. Нужно же тебя опробовать, прежде чем эти фанатики выпотрошат тебя дочиста, сделав истинным и непорочным пророком. Или ты думал, что я не отомщу тебе за то, что стало с моим сыном?
Чарльз не слышал его слов, не испытывал страха, он лишь смотрел на Эрика, который лежал на дне, словно тряпичная кукла. Пустой. Бездыханный….
— Два дня? Уже… прошло два дня? — в ужасе шептал Ксавьер, понимая, что его человек уже не обретет вторую жизнь, раз океан столь долго не принимал его. — Это слишком долго. Нет, прошла всего пара часов… пара часов, не больше…
— Что ты там лопочешь? Думаешь, что он восстанет? — Марко звонко рассмеялся, и к нему подоспел один из русалов, чтобы убедиться, что с новым вожаком все хорошо. — Он не один из нас. Он не утонул. И, сколько труп под водой не держи, он не станет ничем большим, чем просто кормом для рыб. Такова воля океана.
========== Глава 11: Воля океана ==========
Чарльза и прежде связывали, держали взаперти, но раньше у него всегда было что-то, что придавало ему сил, поддерживало в нем желание вырваться, освободиться, жить дальше. А сейчас…
Ни крепкие цепи, ни кровожадная охрана, ни угрозы Марко не пугали Чарльза. Более того, ему было совершенно все равно, что произойдет с ним дальше. Какой-то частью сознания он радовался тому, что Рейвен и Шерон удалось спрятаться. Это он понял по обрывкам разговоров, которые слышал, пока его заводили в трюм затонувшего корабля. Это было то самое подводное кладбище, откуда он уплыл когда-то давно в страхе за свою жизнь. Так странно было вернуться сюда и оказаться почти в такой же клетке, что и прежде. Только трюм был другой и другой корабль.
Чарльз тяжело вздохнул и опустился на деревянное дно корабля. Цепи тихо звякнули, но Чарльз был готов привыкнуть к этому звуку.
Он должен был лежать на дне вместо Эрика. Должен был не слушать его в то мгновение, когда его пальцы коснулись губ. Должен был сделать это против его воли, отдать свою жизнь за что-то, подарить ее кому-то, кто заслуживает этот дар. Но он так не поступил. Испугался, растерялся, не осмелился… и вот уже слишком поздно. Несколько дней миновало с момента его смерти, а Чарльзу все казалось, будто прошла пара часов. Ведь пробуждение не занимает так много времени. Не должно…
Он был уверен, что Эрик очнется. Если не он, то кто иной достоин дара второй жизни? Чарльз бы отдал свою… должен был отдать.
В воде все чувства вновь обострились, он ощущал каждого русала вокруг. Они кружили и не переставали говорить, некоторые даже пели, по-настоящему праздновали возвращение Чарльза в стаю, и то, что Синистер погиб от руки их нового вожака, казалось, совершенно их не трогало. Эти фанатики пошли бы за любым сильным лидером, только пальцем помани. И почему-то именно сейчас они позабыли о святости русалочьей жизни. Возможно, прежде Чарльза бы это возмутило, но сейчас информация просто проходила сквозь его сознание, не задевая его вовсе. Он лежал на самом дне и знал, что пасть ниже уже не может, что бы его ни ждало.
И когда в его темницу заплыла парочка надзирателей, он не обратил на них внимания, все так же смотрел на покрытый илом и ракушками пол корабля.
— Господин Ксавьер, мы приносим извинения… за неудобства, — прошипел один из жрецов океана, обвешанный какими-то браслетами, вырезанными из костей не то акул, не то людей, и поклонился, медленно приближаясь. Он и его молчаливый напарник принесли подстилки и еду. — Но цепи — приказ вашего отчима.
— Знаю, — кивнул Ксавьер, все так же глядя в пустое пространство перед собой, разглядывая частички, парившие в воде, пока стража готовила ему постель и ужин.
— Мы все рады, что вы вернулись к нам, — с оскалом прошипел один из русалов-жрецов. — Вы приносили процветание. Ваш дар спасал нас, и он нужен снова.
— У меня нет дара, — тихо отозвался Чарльз и повилял плавником, даже не вздрогнул, когда один из русалов принялся массировать его хвост и обрабатывать его какой-то мазью. Удивительно, но Марко сам приказал осмотреть Чарльза и был возмущен его состоянием. И хотя Чарльз знал, что отчим был бы рад, стань Ксавьер инвалидом, но он почему-то приказал позаботиться о своем приемном сыне. Хотя намерения его, пожалуй, были кристально ясными: раз он хочет получить расположение в этой стае, то должен показать, что верит в их правила и придерживается их устоев. А потому, проявляя показную заботу о Чарльзе, он тем самым давал понять, что поддерживает этих хищников, и заодно обращал их внимание на то, что хорошо знает их «пророка».
