Не знаю, приблизило ли это меня к пониманию его внутреннего мира, но бесспорно выстроило между нами еще один мостик. Присущая их расе чрезмерная гордость, сила воли, ледяное спокойствие, за которым скрывалось неукротимое неистовство, легко уживались в нем с сентиментальностью и ранимостью.
В отличие от него, мне сбросить напряжение не удалось. К тому же следующая его фраза перевернула то, что казалось мне устоявшимся.
– Ты похожа на мою сестру. И внешне и… характером. Такая же неугомонная. Потому она и пошла на все ради своей любви, потому и погибла, не смирившись с тем, что будет принадлежать другому.
Принять подобное признание было трудно – слишком много личного в нем было. Да и наши отношения с Арадаром в его свете выглядели уже несколько иначе. Нет, я не сомневалась в его любви ко мне, скорее уж можно было разувериться в собственных чувствах, но… неприятный осадок в душе появился. И от причины, невольно повлиявшей на возникшую у мужа симпатию ко мне, и от очередного признания эльфа.
Впрочем, и с тем и с другим можно было разобраться и позже.
Удача, пусть и в столь незначительном вопросе, оказалась на моей стороне. Я мучительно искала и не находила, что бы еще сказать, чтобы заполнить неловкую паузу, когда Арадар, шедший вместе с эльфийскими воинами среди первых, поднял руку, останавливая отряд.
Что это значило, было понятно и без слов. Мы вышли из зоны магических возмущений и вполне могли воспользоваться кристаллом перехода.
– Мы идем в замок д’Арбаса, – четко, без тени сомнений, произнес он, когда мы все подошли ближе. – Если есть возражения или замечания, говорите сейчас.
Из всей компании вопросительных взглядов удостоились лишь мы с Алексом. Основания у нас были разные, но для обоих владения князя были не тем местом, куда бы мы хотели попасть. О себе же, как обычно, Арадар думал меньше всего. Хотя я, зная мужа, прекрасно представляла, какое напряжение он испытывает, беспокоясь о вновь обретенном сыне.
Не получив в ответ даже отрицательного жеста, указал сопровождавшим нас эльфам на край поляны, мимо которой мы только что прошли. Если он будет использовать ту же привязку, что обычно, то мы должны будем оказаться в паре часов от резиденции моего деда. Так что без лошадей, которых все это время вели в поводу, отправляться не стоило. А раз так, то и портал будет более мощным, заметным.
– Ньялль, Этьен, – правильно расценив наше молчание, муж начал подготовку к переходу, – вы идете первыми. Затем Тиана и Алекс, замыкаю я.
А вот теперь с ним были согласны не все. Эльфийский лорд скривился, словно его накормили кислым. А в его взгляде проявилась та самая надменность, за которую их расу и не любили.
– Если ты беспокоишься, что я не удержу заклинание…
Вопреки ожиданиям Арадар спорить не стал.
– Первым идет Ньялль, затем я, Тиана и Алекс. А сиятельный эльфийский лорд замыкает цепочку.
От улыбки я не удержалась. Хоть и заметила смешинку во взгляде Этьена. Как бы он ни пытался создать о себе не самое лучшее впечатление, у него это не всегда получалось.
Сам переход был коротким, в искусстве владения магией эльф не уступал своему побратиму. Вечерний сумрак, в котором лиственный лес приобрел особое очарование, сменился темным полотном неба, на котором алмазной россыпью сверкали звезды, да тонкой бледно-розовой полосой, намекающей на приближающееся утро.
Когда вдали проявились серые громады крепостных стен, уже совсем рассвело. Поднятые мосты через ров у обоих ворот, хлопающие на ветру вымпелы на башнях, липкая паутина защитных заклинаний, которая заставила меня передернуться от отвращения, а эльфа – усилить собственные щиты.
Слишком ясные признаки, чтобы не сделать единственно возможный вывод – тигры находятся в состоянии войны.
По извилистой тропе мы подъехали к кромке леса на холме, с которого открывался великолепный обзор, когда Арадар дал команду спешиться. Вестник слетел с его ладони, растворившись в прозрачной свежести воздуха.
Ждать долго не пришлось. Прошло всего несколько мгновений, а ветром уже донесло заливистый звук походного рожка, которому вторил второй, неподалеку от нас.
Мужчины многозначительно переглянулись и дружно хмыкнули. Хотела было уточнить, что же значило подобное единодушие, но, проследив за их взглядами, заметила дозор, выбирающийся из укрытия на другой стороне тракта, вившегося у подножия склона. Шесть воинов со знакомыми с детства нашивками на одежде.
От воспоминаний на глаза навернулись слезы. Пришлось прикусить губу, сдерживая эмоции. У меня тоже была своя репутация, и хлюпающий нос в ней не предусматривался.
Когда мы оказались у рва, сопровождаемые настороженными оборотнями, мост уже опустили, а решетку подняли ровно настолько, чтобы нам проехать. Сердце тревожно сжалось, такого на моей памяти еще не было.
Первым, кого увидела, оказавшись во внутреннем дворе, был вышедший нам навстречу Азаир. Судя по всему, он еще и не ложился.
– Где дед? – спешиваясь и с трудом сдерживая тревогу, спросила я.
На руке дяди не было перстня главы рода, но… от подобной встречи трудно ожидать чего-то хорошего.
