- Все более чем прозаично. Это покои в прошлом принадлежали дочери прежнего монарха - Коутрин, рожденной от любимой жены. Как вы успели, заметить отец не скупился на обстановку. Каждая ее прихоть исполнялась в троекратном размере. До какого-то момента.
Принцесса уловила обилие противоречивых эмоций просочившихся между его слов. Она стиснула камень в одной руке, в другой шкатулку и вышла.
Имя, произнесенное соколом, рассыпалось по буквам, и первая буква стала зрением Лисицы. Она чуть не оступилась, поднимаясь по веревочному трапу к китам. Черноволосая шалфейя из видения Лисицы. Ее отец и Коутрин. Как бы ей ни хотелось не залезать в глубину этой загадки, но распутать странный клубок событий все же необходимо.
Фалькор прилетел проводить Лисицу. Это тронуло ее промерзшее сердце, и она немного оттаяла.
- При других обстоятельствах я бы осталась, ваше величество, но только в качестве гостьи. Несмотря на лукавый гипноз, вы достойный правитель.
- Еще не поздно, и я мягко настаиваю, чтобы вы передумали.
Сокол, задержав ее восхождение на кита, цепкими пальцами, покрытыми мягким перьевым покровом, сжав запястье.
- Вы будете счастливы здесь, мои земли станут вашим домом, я обещаю.
- Вы будете исполнять мои прихоти в троекратном размере? До какого-то момента? Нет, Фалькор, я не буду счастлива, зная, что однажды променяла макаризмы на священный долг перед своим родом. Богиня Лантана не простит мне этого поступка, так же, как и я не прощу сама себя. Никакие сокровища мира не заставят меня изменить решение. Пожалуйста, пустите.
Король медленно ослабил хватку и проскользнул по руке, прощаясь с принцессой. Один из соколов помог ей, и она уже была на корабле, углубляясь в пасть кита.
- Это не злой рок, моя прекрасная Лисса, это чужая воля, - услышала она горький шепот Сокола.
Она покосилась на него и показалось, что в его единственном глазу отразилась тоска. Муки совести выкрутили ей язык, зубы преградили дорогу непрошенному ответу, так и рвавшемуся наружу.
- Воссоединение семьи. Разве это не прекрасно, госпожа!
Из ниоткуда прорезался чудовищный голос. Кольцо на шее как будто само собой сжалось, перекрывая поступление воздуха - такое знакомое и смертельное ощущение. Принцесса оглянулась, уже отрезанная от честного предложения правителя Соколов. Она смотрела на свой кошмар. Опять. Он нашел ее, пробрался через сон и застал врасплох.
- Неверный выбор у вас в крови, - ветер донес до Лисицы предательскую фразу разочарованного Сокола.
ГЛАВА 6. Похоть
- Прошу внутрь, госпожа, мы скоро погрузимся, - вежливо попросил супруг, играя жезлом, недвусмысленно перекатывая его в руках. Священный скипетр станет гарантом ее покорности, пока они не пройдут в глубь кита. А там место этого орудия наказания займет нечто более знакомое его жене.
Лисица словно окаменела. Ее рот раскрылся в немом крике. Пальцы сжались в кулаки, и она вложила всю силу в непреднамеренный удар. Она уже не помнила, замахнулась ли вообще и не поверила своим глазам, когда его голова откинулась, и тут же алые брызги оросили все еще застывший в воздухе кулак; кровь хлынула из носа Жреца. Явно в смятении он уставился на принцессу, тут же выстраивая в голове больную картину отмщения за неимоверно дерзкий поступок.
Лисица не сопротивлялась, когда он поволок ее внутрь, подальше от глазевших на на них соколов и превратившегося в жирную точку на горизонте Фалькора.
Все повторялось. Они снова внутри кита, и Лисицу трясет, как от холода. - Ненавижу, - злобно выпалила она, когда он втащил ее в светлую кожаную комнату. Жрец засопел в ответ, капли крови обезобразили, как всегда, безупречный наряд.
- Видит Лантана, я хотел по-хорошему
Лисица вспомнила уродливые шрамы на спине и спокойно дополнила:
- Поэтому вы, господин, решили лишить меня жизни.
- А по-моему, госпожа, вы вполне здоровы и даже развязали свой язык. Наверное, мне следовало поступить с ним так же, как и с вашими никчемными отростками? Тяжелое дыхание стен передалось принцессе, она втянула ртом воздух в предчувствии чего-то ужасного. Лисица дернулась, но он встряхнул ее за плечи. - Ваша удача, госпожа, вы мне еще понадобитесь.
- Какое счастье!
- Замолчите и отдайте мне то, что передал вам этот язычник.
- Вы кого имеете ввиду - тех, кому вы меня оставили, бежав из крепости, или того, кто только что передал меня в ваши обагренные кровью руки?
- Не играйте со мной, госпожа, вы прекрасно знаете, о чем я говорю.
Он протолкнул ее в глубь комнаты. В этом помещении была хоть какая-то мебель, в отличие от той душной коморки, в которой она провела несколько дней, будучи новобрачной.
- Жена обязана подчиняться мужу и выполнять его требования. Так вот, я пока только прошу, чтобы вы добровольно дали мне этот проклятый футляр.
- Пусть Нурос сожрет вашу душу!
На его губах проступила медленная усмешка. Он смахнул кровь с верхней губы.
- Как пожелаете, госпожа. Я израсходовал на вас весь свой годовой запас терпения. - Короток запал у вашей выдержки, господин.
