Король удовлетворил просьбу богослужителя, и Лисица сидела в другом конце зала во время торжества после ритуала жертвоприношения рядом со Жрецом. Принцесса тряслась рядом с ним, как лист на студеном ветру, леденея от иссушающего взгляда, желая сорваться со злополучного места, чтобы никогда больше не видеть Жреца, не вдыхать его золотой аромат, смешанный с маслом священного дерева. Она не посмела рассказать королю, что стала невольной свидетельницей скорого, непонятного и настораживающего разговора Жреца с неизвестным собеседником. Монарх, казалось, был так рад видеть нового Верховного Жреца, что усомнился бы в правдивости слов принцессы.
Лисица не проронила ни звука.
Когда гости и подданные захмелели от вишневой настойки, и даже король захрапел в своем резном кресле, уронив голову на подлокотник, напомнив незаконченное изваяние скульптора, Жрец развернулся на своем стуле и, заморозив зрачки, обратился к Лисице.
- Скажите мне, что вы слышали?
Лиса дернулась, решительно поднимаясь с места. Видимо ожидавший такой реакции шалфей накрыл ладонью тонкое запястье принцессы, приковав к столу. По лицу поплыла загадочная улыбка.
- Куда же вы так опять торопитесь, не бегите от меня, я задал простой вопрос. Гул голосов под ритмичные храпы напившихся подданных отслоились и Лисица оказалась в промерзлой крепости Жреца. Его глаза сузились, улыбка исчезла, уступив место еле слышному рыку:
- Итак!
Даже выплеснув раздражение, он смог удержать мед в резком слове. Лисица пошевелила рукой, проверяя, насколько крепка хватка Жреца.
Тот цокнул языком и покачал головой. Звук разбитого вдребезги кувшина отвлек обоих, но Лисица не мешкая воспользовалась моментом и впилась зубами в захватившую руку, вырывая запястье с такой силой, что кресло под ней покачнулось, и она упала навзничь, благо высокая спинка кресла спасла ее от прямого столкновения с полом. Ловко перекатившись через голову, Лисица оказалась на ногах.
- Дикарка!
Под проклятия, тихо провожающие ее, она выбежала из зала, ожидая преследования, но Жрец остался сидеть на месте, потирая укушенное место. Однако он начал нескончаемые преследования, когда она закрывала глаза, приходя почти каждую ночь в видениях, прокалывая ледяным взглядом-копьем. Он тащил ее за волосы вниз в подвальные помещения замка, где затхлый воздух не позволял крику разнестись далеко так, чтобы ее услышали и пришли на помощь. Жрец запирал ее в темном узилище, без единого окошка, оставляя одну. С каждым разом комната уменьшалась в размерах, Лисица била кулаками в толстую деревянную дверь, слыша в ответ глухой злорадный смех. И принцесса просыпалась, хватая ртом драгоценный воздух, молотила руками, освобождаясь от невидимых пут. Агония продолжалась всю ночь каждый раз, когда Жрец останавливался в замке. Последние четыре года он сохранял дистанцию, чему Лисица была несказанно рада. Но радость ее была недолгой.
- В этом году все должно быть по-другому, - уверила Сиама свою госпожу уже десятый раз за день. - Тебе перестали сниться кошмары, правда?
Шалфейи сидели на краю большого фонтана, болтая ногами в прохладной воде. Капли подмигивали разноцветными огоньками в лучах полуденного солнца. Лисица подняла небольшой камень и кинула его в пенящуюся воду.
- Что же ты наделала? Теперь еще одна душа утонула в фонтане! Обе задорно засмеялись.
Чтобы не замочить шелковое платье, Лисица подобрала рукава у запястья в ровные складки, пристегнув их фибулой с королевским гербом. - Поговаривают, что Жрец на завтрак ест мясо совсем юных кушинов или каменщиков.
Сиама прислонилась плечом к подруге
- Кушины не аристократы, поэтому мы можем их есть, а каменщиками он не стал бы портить священный желудок.
Она плотоядно облизнулась, провоцируя очередной взрыв смеха у Лисицы.
- Ну и выдумщица же ты. У кушинов просто нет крыльев, а так они ничем не отличаются от нас!
- В таком случае и великаны ничем от нас не отличаются.
- Тихо, я не хочу, чтобы нам опять выговаривали. Не забывайся, нам нельзя даже упоминать об этих жутких чудовищах.
- А я видела одного однажды, - шепнула Сиама.
- Неправда! - посерьезнела принцесса.
В подтверждение своих слов подруга сомкнула указательный и большой пальцы, образовав круг, и вознесла к небу.
- И где же?
- В деревне!
- Почему ты ничего мне не сказала?
- Я подумала, что достаточно напугала тебя и слухами о Жреце.
- Я всегда делю напополам твои басни, а теперь рассказывай, не томи! Лисица придвинулась ближе, приготовившись выслушать рассказ, но Сиама отстранилась.
- Ты все равно мне не поверишь, - будто прочитав ее мысли, произнесла подруга.
- Пожалуйста, - взмолилась Лисица и посмотрела на нее самым невинным из своих взглядов. Из милой малышки она медленно превращалась в обворожительную молодую шалфейю. Имбирные волосы меняли оттенок, то подражая языкам пламени, то уподоблялись розовому вечернему закату.
-Ну ладно, - величаво протянула Сиама. Она поднялась в воздух и застыла в одном положении. - Он был такого роста.
Лисица ахнула и прикрыла рот рукой.
