Сергей бросил мичманку на край стола и, пригладив рукой волосы, потянулся за сигаретой. Пачка «Лайки» лежала тут же, на столе, рядом с круглой крышкой чернильного прибора — Алик уже затрусил ее пеплом. Закурили. Синько сунул карандаш за ухо и сел на доску, прямо на чертеж. Метровой рейсшиной потянулся к окну и распахнул форточку.
— Выговор! — равнодушно сказал Сергей, не дождавшись вопроса друга.
— А у меня в кармане гвоздь…
— Алик, я сам ничего не понимаю.
— Покажи. Не будем гадать.
— Понимаешь, — Горобец нехотя доставал из кармана кителя скомканный приказ, — тут все аргументировано… Замаскированная мина! Не угадаешь, с какой стороны взяться. Так скажи: есть же порядок? До строгача обычно несколько простых выговоров вкатывают, а не с бухты-барахты…
Он развернул лист, скептически посмотрел на него и швырнул на стол:
— Читай сам!
Алик поймал приказ на лету, передвинул в угол рта сигарету и, щурясь от едкой завитушки дыма, стал читать:
— «…В связи с тем, что инженер Горобец не выполнил мое указание по наведению порядка в мехмастерской, утеплению гаража и подготовке его к работе в зимних условиях, объявить последнему строгий выговор. Предупредить, что при повторении подобных случаев с гаражом будут сделаны оргвыводы.
§ 2. Райпожарному инспектору наложить материальное взыскание на раздатчика инструмента Копишева за нарушение норм пожарной безопасности в мастерской.
Приказ объявить личному составу.
Алик тронул Сергея за плечо:
— На, спрячь. Еще пригодится…
— Зачем?
— Тут же русским языком сказано, что в случае чего — оргвыводы будут с гаражом. Да и выговор — гаражу…
— Как будто мне от этого легче!
— Ну, давай расстроимся, возмутимся, кинем ему заявления, и что, тебе сразу легче станет?!
Нет, легче ему, конечно, не станет, да не в этом дело. Ему надо разобраться, почему так получилось, за что он в конце концов выговор получил.
Алик между тем говорит:
— Ты утверждал, что однообразие утомляет. Помнишь? Так это тебе — для разнообразия…
— Да ведь я не об одном себе думал, — начал было Сергей, но Алик не дослушал, засмеялся и перебил:
— Точно! Костя побеспокоится, чтоб и мы с Володькой не скучали.
Костя… Последний раз, наверное, неделю назад, когда заходил в мастерскую, он указал Сергею на мусор во дворе: повсюду щепа, разбросана ветошь, обрезки металла где зря. Непорядок… Сергей не спорил. Сказал: уберем. И сделал. В гараже для бульдозеров покривились дверные петли, филенка в двух местах выбита, из угла в угол ветер гуляет. Но гараж было поручено ремонтировать Бочкареву. Сергей хорошо помнит ту планерку, на которой решался этот вопрос. Подложный тогда еще, вроде смехом, упрекнул главного инженера:
«Что, Николай Васильевич, власть в руки не забираешь?! Сказать честно — я уж устал, до последнего дня план выжимали… Думал, закроем навигацию, ты сразу людей расставишь по участкам, командовать возьмешься, а я отосплюсь себе… А у тебя что рабочие, что мастера — шляются друг за другом из конца в конец или в затишке, в траншее, покуривают…»
«Я уже раскладочку приготовил, — сказал тогда с извиняющейся улыбкой Бобков. — С понедельника начнем — как в навигацию, когда за теплоходы дрались!..»
По этой его раскладочке и вышло, что гараж ремонтировать Бочкареву. Дали ему бригаду, и тогда же еще Бобков предупредил Бочкарева: «Подчиняться будешь мне! Учти, халтуру не приму и наряды подписывать не стану». — «А мы — процентовочку!» — засмеялся Бочкарев. «Процентовоч-ку… — с растяжкой передразнил Подложный. — Там работы от силы на неделю!» — «Ладно, Константин Николаевич, мы постараемся…»
И вот прошла эта не запамятованная Подложным неделя, гараж имел прежний вид, а выговор за него свалился на Горобца… Сергею казалось, что только за мусор строгач ему влепить не могли. Было жаль и инструментальщика Копишева, мужика, правда, болтливого, но сообразительного. С ним у Сергея только-только вот хорошие отношения наладились, а теперь Иван опять обидится, скажет: век стоял гараж этот расхлябанным, а при других начальниках с него пятерки не выдирали, а у него дети… И всегда Иван канючит…
— Ну при чем, при чем тут Копишев?! — обозлился Сергей. — Про Бочкарева так и полслова не сказал!..
— Так, так, — согласился Алик. — Старая калоша твой Бочкарев! Скользкий, он и из-под Кости, и из-под кого хочешь вывернется. Ты спроси у главного, он, поди, давно сунул Бочкарева на новый объект. По ремонту гаража тот все деньги уж слопал.
— А Копишев?
— Ну, этого Костя за то, чтоб не огрызался. Да ему и стоит — лишний раз пальцем не шевельнет.
