– Ой, ну это точно про нас!.. Плывут, значит, Василь Иваныч с Петькой через Урал. По ним белые из пулемета шарашат! Василь Иваныч одной рукой загребает. Петька ему все: “Василь Иваныч, брось мешок!” А Чапаев в ответ: “Не могу, Петька, не могу! Там план взятия Парижа! Помогай, сукин сын!..”
Заинтересованно присунувшиеся бойцы начали посмеиваться.
– Ну и вот, – ликующе завершал Зубов. – В конце концов выбираются на берег. “Ну и какой там у тебя на хер план взятия Парижа?! Чуть из-за него обои не утопли!” Василь Иваныч развязывает мешок – там картошка. Достает одну, кладет перед собой и говорит: “Вот, Петька, допустим, это – Париж!..”
У дальнего бруствера капонира стояли четыре раскладушки, стол и несколько стульев. Нахохлившись и кутаясь в шинели, на них сидели министры – Гулябзой, Сарвари, Ватанджар. Стуча зубами, они сопереживали тому, как Бабрак Кармаль наговаривает речь на магнитофон. Это было воззвание к народам Афганистана. Его должны пустить в эфир сразу после исполнения мелодии “Рага Мальхар”, звучание которой традиционно означает, что к власти пришел новый лидер…
Бабрак ждал, когда специалист закончит возню с барахлящим магнитофоном, и его самого тоже немного поколачивало. Но не от холода, а как будто током. Это и был ток – один из тех мощных токов, что трепещущими голубыми лентами струились к нему из близкого будущего…
Голубые ленты – с чем их сравнить? разве только с орденскими?.. Будущее перестало быть отдаленным. Он мечтал о нем годы и годы!.. сколько бессонных ночей прошло в яростных сожалениях о том, что оно не идет в руки, не хочет приближаться! Что скудоумцы распыляют жар революции на пустяки!.. Что его взгляд, столь зорко и точно пронизывающий грядущее, остается непонятым!.. – и почему? Потому что тех, кто достиг власти, уже нельзя оторвать от нее! Власть застит им глаза! Лишает разума!.. Слепцы!..
И вдруг оно, будущее, одним прыжком подступило к самым глазам.
Ныне жизнь отделена от него всего лишь хрупким стеклом часов и минут – штурм Арка назначен!.. свержение Амина предопределено!..
Да уж, всякого заколотит…
Тем более что и лихорадка последних дней расшатала нервы. Переговоры с представителем КГБ в Праге велись давно – примерно с того августовского дня, когда он получил известие, что снят со всех постов – как партийных, так и правительственных. Он больше не был послом Афганистана – одним росчерком пера Амин сделал его частным лицом и предписал вернуться на Родину для, как выражался этот хищник, “нового назначения”. Однако представитель КГБ в Праге отсоветовал ему это. Они часто встречались, толковали о том о сем… как бы о пустяках… Он и сам знал, что единственная должность, которая могла его ждать, – это должность одного из особо охраняемых заключенных тюрьмы Пули-Чархи. Или должность одного из трупов во рву, куда сваливали расстрелянных… Однако безделье томило. В Кабуле шла борьба – нет, война! война не на жизнь, а на смерть! – а он тут вынужден был неспешно расхаживать по бульварам, ловя на своем европеоидном, но очень смуглом лице недоуменные взгляды прохожих, есть кнедлики да запивать пивом, от чего рос живот и начиналась одышка!.. Когда пришла весть о смерти Тараки, разговоры с резидентом стали приобретать конкретные очертания… Честно сказать, старика все-таки немного жаль. Мог бы еще пожить… Хотя, конечно, толку от него никакого, одна суматоха. По большому счету, сам Тараки в этом не виноват… ни характер его, ни привычки, ни убеждения – ничто здесь не имело значения. Потому что политический деятель такого уровня, руководитель такого масштаба – скорее функция, нежели аргумент; скорее перо, чертящее линию на бумаге, нежели пальцы, которые его держат. Любой, кто рвется к власти даже с самыми добрыми намерениями, с желанием устроить мир лучше и справедливее, достигнув ее, обнаруживает, что, как бы ни стремился он к благу, любое его действие порождает зло. Сделав первый шаг, он вынужденно делает второй, чтобы исправить неожиданные последствия первого; потом третий, чтобы устранить вред, нанесенный вторым; потом четвертый!.. пятый!.. и все это похоже на пляску слепого в кольце огня или ядовитых змей – куда ни ступи, все плохо, все не так, все приводит к худшему!..
