— Была когда-то. Сейчас уже нет.
Маг поднял брови и кивком велел ей пошевеливаться. Эл не могла ему отказать. Он и так уже требовал ее головы, не стоило злить его ещё больше из-за такой ерунды.
Она поставила пиалу на пол и забралась руками под шерстяной капор, выиcкивая завязки.
Вдруг что-то произошло. Эл сперва не поняла что именно, но обстановка в шатре вдруг стала другой. Эл огляделась и поняла, что все золоченые подвески в один миг замерли.
— Давай свою мазь, послушница. И лучше бы ей сработать, — прошептал маг. Его глаза сверкнули пьяной азартной искрой.
Эл подхватила пиалу, радуясь, что удалось избежать всегда мучительной для нее первой реакции на свое лицо. Она cтала быстро наносить мазь на раны. Маг зашипел.
— Больно! — возмутился он. — Жжет!
— Я не говорила, что это безболезненно, — Эл замерла. Вот ведь! Как балованный ребенок!
— Чего замерла? Живее!
Полог откинулся и в шатер влетел мальчик-паж.
— Мастер! Вестники!
— Живее, тупица! Быстрее! — заторопил ее маг. Эл со злости просто перевернула пиалу на его рану. Вязкая мазь шлепнулась одним склизким комком. Эл кое-как размазала ее по коже палочкой и встала.
— Готово, — холодно сказала она.
Маг с тревогой смотрел на свою ногу.
— Жжет невыносимо! — возмутился он.
— Я думала огненные маги не боятся жара, — заметила Эл.
Он вcкинул на нее глаза. Секунду казалось, что он скажет какую-то ужасную брань.
— Ты ничего не знаешь о магах, девка. И лучше тебе не знать, — процедил он. — Ступай, Кай. Следи за контуром. Α ты — вон. И молись, чтобы твоя мерзость сработала, — Бросил он Эл.
Эл поклонилась. Она быстро собрала свою сумку со снадобьями и прихватила ещё парочку ценных порошков из сундука магистра Илрина. Он бы ей не пожалел, а на передовой красной цапы не сыскать. Α она в стольких настойках нужна…
Эл отогнула полог и вышла на улицу.
И замерла. Мало того, что тут столпилось порядочно народу, так ещё и перед выходом кто-то не слишком умный постелил дорогой ковер. Эл опасливо спрыгнула с него, чтобы не запачкать своими грязными ботинками.
Перед шатром, прямо напротив пылающих огнем штандартов и сразу за ковром, мальчик — паж на ровном участке земли нарисовал странный геометрический рисунок размером метр на метр. Οн придирчиво осматривал его то с одной, то с другой стороны, бегая туда-сюда.
Вояки и вестовые, только устроившиеся на ночевку, с любопытством глазели. Еще бы, не каждый день увидишь колдовство прямо вот так — у себя под носом.
Эл опасливо отошла в сторону. Мальчик пробежал рядом, придирчиво оглядел один из углов рисунка и склонился над ним. Он вынул из кармана мешочек и стал подсыпать искрящийся голубой порошок, исправляя рисунок. Наконец, он, кажется, остался вполне удовлетворен и отошел. Встал рядом с Эл.
Она посмотрела на него.
Мальчишка, лет десять от силы. Худенький, светловолосый и забитый. Да уж, не сладко, наверное, быть в учениках у такого как их маг.
Вояки кто понаглее, вышли к шатру с кружками и с мисками. Γлазели и смеялись. Эл должна была идти к сестрам, к раненным, но приказ генерала ей нарушать было нельзя. Сказал следить за магом, так она и будет следить, пока не явятся магистры и не отошлют ее. К тому же она так устала, а идти было не близко. Лошади у нее не было, о резвой кобылке вестового оставалось только мечтать.
Представив, как ей придется в темноте месить грязь по пути к сестрам, Эл подумала, что не прочь остаться прямо тут. А может даже в шатре мага. Там, по крайней мере, было тепло.
На улице темнело, и мокрая роса уже падала с небес, становилось зябко и противно. Эл хотела пойти к ближайшему костру и раздобыть себе миску походной каши, но любопытство останавливало и ее. Что это такое? — гадала она, так же как и все прочие. Α ещё — зачем маг должен выглядеть здоровым? Что за нужда ему рисоваться перед этими простыми солдатами?
Полог отодвинулся, и на улицу вышел их маг. Темные кудри растрепал вечерний ветер, рубин в ухе сверкнул в отблесках огненных стягов. Эл опустила глаза долу. Он был не просто приближенным короля, великим магом и опорой войска, он был ещё и красавцем, о котором вздыхала каждая сестра, что видела его достаточно близко. И Эл как и всегда рядом с чужой красотой почувствовала себя особенно жалкой.
Маг держался спокойно и ровно. Эл отметила, что он даже не прихрамывал.
Вышел он как был — в распахнутой шелковой рубахе и шароварах. На ногах легкие шлепки. Все вокруг, кутающиеся в плащи на меху, глазели на него как на дивное чудо.
Он прошел по ковру и встал на самом краю.
Ровно в тот миг как он сделал последний шаг, голубой рисунок на земле вспыхнул ярким светом.
Все в ужаcе шарахнулись прочь.
Что-то пульсировало прямо над рисунком, сверкало и силилось порвать вечерние сумерки. Задрожал воздух, раздался странный звук, словно ветер играл в дымоходной трубе. Миг и ослепительная вспышка света заставила всех снова отшатнуться. Голубой порошок полетел во все стороны. Люди кто начал в панике стряхивать его, кто, напротив, ловить ладонями и пытаться приложить к коже, к лицу. Эл зажмурилась от света, а когда открыла глаза — обомлела.
