И безумное злое напряжение потихоньку спадает, отпуская обоих, а мою горячую голову охлаждает знобящий закатный ветерок. На место отчаяния, вины и пафоса приходит логический вывод, что жить-то надо. Значит, нам хочешь не хочешь, а придется найти способ комфортного сосуществования. И обоюдного доверия.
***
Регулярный сеанс массажа по вечерам - как проба на это самое доверие. Ведь одним желанием продолжать курс во имя обещанного доктором скорейшего выздоровления ситуации не объяснить. Иначе откуда всякий раз приходит этот знобкий страх, к концу сеанса неизменно сменяющийся расслабляющим облегчением?
Даже то, что к собственно массажу прибавилась иглотерапия, загадки не решает. Не в иглах и углях дело. Если честно, самого гем-лорда Эйри я боюсь гораздо больше, чем любых опасных предметов в его руках. Но чем сильнее хочется повернуться в сторону потенциальной опасности, да еще принять защитную стойку, тем беспечнее я болтаю о пустяках и тверже сохраняю неподвижность в позе лежа на животе, борясь одновременно со страхом и удовольствием. Сперва касания ладоней к спине просто приятны, потом умело разминаемые полчаса подряд мышцы начинают буквально стонать от наслаждения. Хорошо, что гем в этих прикосновениях не видит ничего, кроме профессионального интереса.
Странно. Он управляется со мною уверенно и весьма жестко, да еще в болевой, в буквальном смысле, области - спине. И я, полгода проведя почти в параличе и полностью в плену, доверяюсь его рукам. Прекрасно понимаю, что навредить он мне может легко просто по неведению, не говоря уж о злом умысле, однако не защищаюсь. Почему? Может, беспомощность - это как раз то, чего я боюсь больше всего, вот и испытываю собственную храбрость?
Хотя, конечно, и железная офицерская выдержка почти дает сбой, когда мне объясняют основы иглотерапии и показывают с помощью зеркальца, как вдоль хребта у меня в два ряда торчат иголки, точно драконий гребень.
- Ты находишь удовольствие в том, чтобы самому лечить? - спрашиваю, пока вынужден лежать недвижно. Тепло, пощипывает внутри, а обоняние дразнит пряный дымок от горящих травяных таблеток.
- Это как рефлекс, - объясняет из-за спины. В голосе слышна усмешка. - Восстановление утраченного совершенства... что-то в этом роде. Здоровое тело - повод восхититься мудростью мироздания и захотеть поправить то, что не так.
- Да, но своими руками? - удивляюсь такой сговорчивости у надменного представителя высшей расы. - Прикасаться ко мне тебе, должно быть, неуютно.
- Мне - нет, - решительно. Пауза, руки вдруг замирают. - Намекаешь, что тебе физический контакт неприятен?
Ответ "да" будет грубостью, "нет" - чрезмерной искренностью. Еще как приятно, но черта с два я в этом признаюсь. Сменим тему. - Сам же говорил, что ваша специализация - вина, а не лекарства. Или что там у вас вместо вин. Да и не похож ты по складу характера на врача.
- Иглотерапия - своего рода упражнение, - отвечает серьезно. - Духовная практика. Лично для меня это оказалось сущим спасением - я научился хоть немного себя контролировать.
Сглатываю комментарии. По-моему, он и сейчас напоминает сухой хворост, который вспыхивает от малейшей искры. А их в нашем обоюдном трении способно возникнуть немало... Но, кажется, не сейчас. Мышцы сладко ноют, тело горячее и довольное, и сама мысль о ссоре неправдоподобна. Коробочка с иглами ложится на столик, и мне похлопыванием по плечу разрешают обернуться.
- И кто из нас что должен другому за прошедший сеанс? - шучу. - Ты мне - за возможность попрактиковаться на доверчивом пациенте, или я тебе - за тяжкий труд ради моего удовольствия?
- Квиты, - фыркает он. - Вот теперь я бы выпил чаю. Ты мне составишь компанию?
- Только холодного, - спохватываюсь, непроизвольно трогая нёбо саднящим языком. - И поесть что-нибудь сообрази, заодно. - Усмехнувшись: - Знаешь эту сказочку: "Хозяйка, дай воды напиться, а то так есть хочется, что переночевать негде"?
Улыбается шутке, а на просьбу с демонстративным удивлением приподнимает бровь. Кажется, ему нравится, когда я его о чем-то прошу. Точно так же, как злит, когда просьба похожа на требование. Пусть и по праву. - Пойдем, угощу. Оденься только, тебе сейчас нельзя мерзнуть. Ночи уже прохладные, а у меня есть привычка держать открытыми окна.
Не хочется надевать уличную куртку. В нее неплохо кутаться от ветра, но есть неудобно. Машу рукой. - Если замерзну, у тебя в комнате найдется какой-нибудь плед?
- Найдется, - великодушно обещает. - Кстати, тебе стоит обновить гардероб и купить себе что-нибудь потеплей, по сезону.
Что здесь можно купить? Цетские накидки, вроде той, что на Эйри сейчас? Выглядеть я в ней буду дурак дураком, и тонкая она, и не-мужская, и торчит нелепо... Мне вдруг приходит в голову мысль. - Знаешь, если хочешь мне помочь - дай заглянуть в свой гардероб. Хоть пойму, каков у меня выбор и к чему привыкать.
