Победоносец полностью

– Мало того, что организмы этих тварей не стареют, что фактически делает их не просто выносливыми, но чуть ли не бессмертными, так ещё у них разнообразные способности имеются, индивидуальные… А ещё вот послушай: некоторые особи во время обращения в Металл могут претерпевать сильные преображения – ярко выраженное изменение цвета волос, глаз и даже черт лица. Впрочем, такое случается очень редко. Внешние данные заметнее меняются у мужского пола: неестественно быстрый рост мышц, увеличение роста и габаритов в целом. Женский пол менее подвержен разительным изменениям, чаще всего у них просто формы фигуры и черты лица начинают выглядеть, скажем так, идеализированно, и на этом все их внешние изменения заканчиваются. Что же до тех особей, у которых разительно меняется цвет волос и глаз – у многих из них, хотя не у всех, отмечена эмоциональная нестабильность, этакая “поломка” в человеческом облике, то есть до того, как они обратились в Металлы, их души были как бы искорёжены…

– Не понимаю.

– Да я сам хрен в этом разбираюсь! Это наши мозгоправы вещают на эту тему, я только слушаю, киваю да тебе вот рассказываю, что слышал.

– И много у вас радикально изменившихся в цвете волос и глаз?

– Да всего несколько особей из пяти с половиной сотен.

– А кожа?

– Что, кожа?

– Кожа ни у кого не меняла цвет?

– Нет, такого не бывало.

– А что ещё бывало?

– Бывали провалы… В смысле, летальные исходы. Тысячи людей не перенесли вакцину – скончались, так и не очнувшись. Потом мы просекли кое-что: с выбросом адреналина у организма больше шансов обратиться в Металл. Так что мы их больше не отключаем – наоборот, доводим до истерики, и только потом вкалываем вакцину. Тоже, кстати, стопроцентная выживаемость не гарантирована, но всё же процентная ставка успеха заметно выросла. И, кстати, ещё что интересно: те Металлы, которые обращены раньше, физически, вроде как, сильнее тех, что обращены позже. Возможно, это как с вином: чем старше, тем крепче. Но это ещё пока не до конца установленная информация, которую должны подтвердить буквально на днях. Представляешь: чем старше Металл – тем больше на него нужно расходовать яда Блуждающих, чтобы удерживать его силу.

В глубине подземелья раздался страдальческий стон, от которого по моей коже, должно быть впервые с момента моего обращения в Металл, разбежались мурашки. Вяземского перекосило – прокашлявшись в кулак, он, делая вид, будто его не смущает вся эта жуткая обстановка, направился к выходу, что мне принесло облегчение – слишком много опасного материала рядом… Чтобы получше скрыть свой испуг, который во всеуслышание выдавал громкий бой его немолодого сердца, Вяземский продолжил болтать громким тоном:

– Наши умники пытались скрестить в одном человеческом организме сразу два металла, но создать гибрида у нас до сих пор не получилось – все опыты закончились плачевно, ни одного успешного результата, все до одного летальные исходы… Считай так.

От меня не укрылось: он или умолчал что-то, или в чём-то солгал. С чего бы вдруг?

Мы быстро миновали начало подземелья, поднялись по лестнице к выходу, всунули факелы в предназначенные для них пазы и молча вышли на улицу… Охранник даже не шевельнулся. Уже отойдя от него на приличное расстояние, у самого выхода на главную улицу, я заметил, что охранник здесь вовсе не один: лучники по периметру стены напротив таились за дозорными башнями.

Вяземского начало покачивать: всё-таки алкоголь в сумме с запертым пространством и близостью жара живого огня сделали своё дело.

– Ты сказал, что один такой Металл способен поставить на колени весь Замок…

– Куда там Замок! Всю Камчатку, если пожелаешь…

– Откуда же вы это узнали, если все эти существа закованы?

– С самым первым экземпляром прокололись… Но это история для другого вечера. А то расскажу тебе всё сейчас, так и неинтересно тебе будет дальше слушать, – он резко остановился и криво ухмыльнулся, и я ухмыльнулся в ответ. – А ты ничего, даже не побледнел.

– Я должен быть достойным преемником вашего наследия, значит, мне не позволено бледнеть.

Лесть для нарциссов – лучший сладкий яд. Вяземский сразу же приосанился, явно оставшись довольным и моей лестью, и тем фактом, что смог не только заинтересовать, но даже удивить меня этим вечером, как того явно желал.

– Касательно свадьбы: не серчай, но сначала женится князь на старшей дочери, и только после ты на Отраде.

Я сдержался, чтобы не выдохнуть с облегчением:

– И когда княжеская свадьба?

– В начале мая.

– Так скоро?

– А чего тянуть-то?

– Мне больше нравятся осенние свадьбы: за урожайное лето жениху можно собрать побольше богатого приданого для прекрасной невесты и её достойной наилучших даров семьи.

Вяземский моментально растянулся в улыбке попавшегося на крючок сома:

– Осенью так осенью! Но только смотри, чтобы в выкупе была и ладная шкура Чёрного Страха, и лучший жеребец из стойла самого́ князя! А после чтоб внуков было не сосчитать!