Побег из приюта полностью

Рики очень хорошо понимал, через что сейчас проходит Кэй. Во всяком случае, так ему казалось. Он сомневался, что это лечение подразумевает много вариаций.

Он кивнул.

– В Хиллкресте. Бóльшую часть времени это местечко было почти курортом, но ближе к концу я их довел. Они показывают фотографии и бьют током, если тебя возбуждает не то, что нужно, – пояснил Рики, слегка запинаясь. Это было сложно сформулировать так, чтобы не прозвучало отвратительно. Возможно, в этом и было все дело. – Твой солдатик вскакивает при виде симпатичного парня? Бам! Удар током. В самое ключевое место.

Это заставило Кэй криво улыбнуться. Она и в самом деле была хорошенькой, возможно, даже красивее Дианы Росс, поскольку и с всклокоченными, местами выстриженными волосами ее внешность была поистине ангельской.

– Ну да.

– Иногда тело мне не подчинялось, даже если меня совершенно не занимало их слайд-шоу. То, что происходит у меня ниже пояса, не поддается научному объяснению, – добавил он, надеясь заставить ее улыбнуться еще раз. Она действительно улыбнулась и даже слегка хихикнула.

После этого они какое-то время молчали, и Рики набросал на листке бумаги все, что ему запомнилось из разговора с сестрой Эш. Того самого, который между ними состоялся прежде, чем у нее отшибло память или что там еще с ней стряслось. Главврач умеет управлять людьми. Он хотел знать, что это означает. Возможно, он сумел промыть ей мозги или что-то в этом роде. Это предположение выглядело притянутым за уши, но Рики не хотелось верить, что она с ним лукавит или пытается его на что-то спровоцировать.

«Главврач – мясник. Главврач – чудовище. Ну вот, сестра Эш, я записал все это, чтобы не забыть. Теперь вы довольны?»

Кэй поглядывала на него, пока он писал, но его это не беспокоило. Закончив, он выждал, пока сестра Эш перестанет на него смотреть, вырвал страницу из блокнота и сунул за пояс штанов, как и карточку пациента. Будут ли теперь его обыскивать более тщательно? Или главврач и дальше намерен предоставлять ему особые «привилегии»?

Внутренне содрогнувшись, он нацарапал в блокноте что-то обыденное, чтобы продемонстрировать результат своей работы.

– С тобой все в порядке? – спросила Кэй.

Ее рука с восковым карандашом зависла в воздухе, так и не опустившись на бумагу.

– Конечно, – кивнул Рики. – То есть нет. Мы в психушке, поэтому понятно, что все это относительно, но я уверен, что с тех пор, как я сюда поступил, мне стало хуже.

Кэй едва заметно кивнула и наклонилась к столу. Сторонний наблюдатель тут же догадался бы, что она собирается прошептать какой-то секрет.

– Ты имеешь в виду сны? – спросила она и, облизав губы, тихо добавила: – Кошмары?

– Каждую ночь я блуждаю по Бруклину. Я слышу какие-то звуки… как будто бьется сердце или что-то в этом роде, и я должен идти на этот звук, в точности как в первый раз, когда я думал, что это происходит на самом деле. Я и сейчас это допускаю. Это настолько реально, что я не ощущаю разницы.

– И ты спускаешься в подвал, – добавила она.

Ее темные глаза становились все больше.

– Туда, где находится маленькая девочка…

– В последней комнате справа. – Кэй с силой откинулась на спинку стула. Она поднесла карандаш к губам, как будто собираясь его погрызть, но вовремя вспомнила, что он восковой, и принялась покусывать костяшки пальцев. – Ничего себе совпадение.

– Да уж, – кивнул Рики. Отлично, сестра Эш не смотрит в их сторону. Ее отвлекла сестра Крамер, которая что-то показывала ей в планшете. Великолепно. – Кэй, это далеко не все. Тут еще столько всего…

– Я не уверена, что хочу это знать, – прошептала она, поерзав на стуле и снова наклоняясь к нему. – Но, судя по выражению твоего лица, тебе необходимо этим поделиться.

– У меня не получилось тебе это вчера рассказать, но главврач в конце концов решил мною заняться. Он произнес целую речь о гениях и о том, как это грустно, что они умирают. Да, я знаю, не смотри на меня так. Я тоже ничего не понял, когда он это говорил. Дело в том, что он как будто выбрал меня для чего-то. Для чего-то странного. Он сказал, что не хочет меня менять. Ну вроде того, что он не против того, что мне нравятся другие парни. Как ты думаешь, что это может означать?

– Что-то тут не то. Он хочет изменить меня. И только что сделал все возможное, чтобы этого добиться. Как тебе такое?

В глазах Кэй полыхнула ярость, но она отвела взгляд прежде, чем Рики успел решить, что она направлена на него. О черт! Возможно, она имеет право его ненавидеть. Возможно, чтобы заслужить расположение главврача, достаточно быть «хорошим» белым мальчиком из хорошей белой семьи. Впрочем, это было крайне маловероятно. Джон-Джон тоже очень страдал от прописанного ему лечения.

Рики по-прежнему понятия не имел, что задумал главврач относительно него.

– Можно подумать, мне это понравилось, – начал защищаться он. – Он повел меня в подвал.

– И? – заинтересовалась Кэй. – Что ты там видел?