Я боюсь ее снова трогать. Могу ли я оставить ее в таком положении? Могу ли я бросить Майлза? Но если я останусь, я могу попасть в тюрьму. Она скажет полиции, что я их грабила. Меня даже могут обвинить в ее падении. Она скажет, что я ее толкнула.
Я достаю из кармана другой телефон – тот, на который звонит Грег, чтобы справиться о делах Майлза. Тот, который я включаю, только переступая порог дома Кингстонов.
– Алло, – отвечает Грег.
– У нас проблема. Я поднялась наверх, чтобы сказать миссис Кингстон, что мне срочно нужно уйти по семейным обстоятельствам, а она лежит на полу без сознания. Похоже, упала. Майлз спит на диванчике в игровой. Вы должны приехать домой. Мне самой надо срочно бежать, я не могу остаться.
– Погоди…
Но я уже нажала «отбой». Я бросаю фальшивую флешку в сейф, потом закрываю его и возвращаю фото на место. Я беру на себя такой риск только ради Майлза.
Грег может позвонить 911. Он может прийти домой и разобраться с этим. Я должна полагаться на свое вымышленное имя, на те меры, которые приняла, чтобы скрыть свою подлинную личность. Сбежав по ступенькам, я одним глазком заглядываю в дверь игровой, чтобы в последний раз проверить Майлза. Маленькое личико расслаблено – он крепко спит, сжимая в руке бумажного лебедя, которого я научила его делать, как когда-то меня научила моя мама. С ним все будет хорошо. Его папа скоро приедет. Он не моя проблема.
Пулей вылетев во двор через черный ход, я крадучись пробираюсь вдоль стены дома, пока не оказываюсь на улице. Я прыгаю в машину, которую мне предоставил Мэтт для этого задания. Когда я выезжаю из ворот поселка, мимо меня проносится скорая с включенной сиреной в сопровождении полицейской машины.
Пригнув голову, я еду на предельно допустимой скорости. Ведется ли видеосъемка на посту охраны? Попаду ли я в объектив? Сколько времени пройдет, прежде чем полиция начнет меня искать?
Через десять минут я подъезжаю к зданию «ААА – РАССЛЕДОВАНИЯ И ПОРУЧИТЕЛЬСТВО ПОД ЗАЛОГ». Мне было сказано никогда сюда не возвращаться, но ситуация сейчас явно нестандартная.
Мэтт ходит взад-вперед по улице в ожидании меня.
Не успеваю я заглушить двигатель, как он уже рывком открывает водительскую дверь.
– Какого черта ты так долго? – Он вытаскивает меня из машины и тянет за собой в здание. Останавливаемся мы только в офисе.
– Я приехала, как только смогла, – говорю я, вручая ему флешку. Телефон, который я использовала, чтобы созваниваться с Грегом, я кладу на стол, не упоминая о своем разговоре с ним. Прежде чем выключить телефон, я на всякий случай удалила из журнала вызовов запись об этом звонке: вдруг Мэтт проверит.
Мог ли Майлз проснуться и обнаружить ее до того, как его отец приехал домой?
Нет, мне нельзя о нем думать.
Держа флешку в руке, Мэтт что-то печатает в телефоне. Читает ответ и вздрагивает, когда телефон звонит.
– Да. – Он смотрит на меня, буравя меня взглядом, потом передает мне телефон.
После секундного колебания я беру у него телефон.
– Алло, – шепотом говорю я.
– Расскажи мне, что произошло сегодня днем. Во всех подробностях. – Искаженный голос мистера Смита скрадывает злость, которая сквозила бы в его настоящем голосе.
Я ему рассказываю обо всем, в том числе о том, как вычислила код к сейфу. Обо всем, кроме звонка Грегу.
– Ты испытываешь чувство вины за то, что оставила Дженни Кингстон истекать кровью на полу.
Это не вопрос, но я отвечаю:
– Да.
– Это был лишь вопрос времени – рано или поздно это бы произошло. Не сегодня – так завтра, или на следующий день. Она давно к этому шла.
Я молчу. Может, это и так, но я не могу не думать о том, что сегодня этого бы не произошло, если бы я не оказалась в ее комнате и не копалась бы в их сейфе. Она бы вышла из ванной и рухнула на кровать, как делала это каждый день, пока я была там. Так что если сегодня она «добилась успеха», то только благодаря мне.
– Да, я знаю, – отвечаю я ему.
– Ты выполнила задание, но проявила безрассудство. Пошла на риск с сейфом. Позволила этой пьянчуге подкрасться к тебе. Ты способна на большее.
И он прав. Я способна на большее. Я должна была заметить, что она перестала петь. Я должна была услышать неуклюжие шаги по полу ванной. Я должна была услышать, как она поворачивает ручку двери.
– Что бы ты сделала, если бы она не упала сама? – спрашивает он меня.
– Не знаю, – быстро отвечаю я. И это правда. На что бы я пошла, чтобы обеспечить себе возможность уйти? Видимо, я этого никогда не узнаю.
– Я отвечу на этот вопрос за тебя. Ты сделаешь все, что нужно, чтобы спасти себя и выполнить задание. Потому что ты не должна забывать, что это твоя работа. Ты не член этой семьи. Это не твоя жизнь. Не твой мир. Ты призрак, который ненадолго к ним занесло. Этим людям насрать на тебя, так что тебе должно быть насрать на них.
Я молчу, пока он продолжает мне выговаривать, и его слова мне как ножом по сердцу.
