— Отлично! — Терри устроился за столиком, быстро пробежал взглядом по меню, сделал заказ, а когда официант отошёл, продолжил: — Давно служишь?
Можно было предложить Соломону заглянуть в досье, в смысле, ещё раз заглянуть, поскольку детектив Отдела специальных расследований наверняка поинтересовался, с кем ему предстоит работать, но Уваров решил не портить отношения с временным напарником. Во всяком случае, не сразу.
— Больше десяти лет.
— Откуда пришёл?
— Из армии.
— Неожиданно.
— Почему?
— Департамент любит набирать рекрутов в службах безопасности.
— Я поразил приёмную комиссию необычайными умениями.
— Глотаешь шпаги?
— Раскрываю дела.
— Денег на жизнь хватает?
— У меня нет семьи.
— А подружка?
— Подружка есть, но она сильная независимая женщина.
— За ужины платите раздельно?
— Нет. — Уваров представил, как посмотрела бы на него Бесс, предложи он разделить счёт, и улыбнулся. — К счастью, нет.
— Почему ты не предложил мне почитать досье и не тратить время на глупые вопросы?
— Ты знал, с кем собираешься встречаться, и раз начал разговор с глупых вопросов, у тебя были на то основания.
А вот Иван ознакомиться с личным делом Соломона не мог — досье сотрудников Отдела специальных расследований были засекречены.
— Хороший кофе, — одобрил Терри, сделав маленький глоток. — И завтрак производит приятное впечатление. — Он оглядел принесённую тарелку: — Сосиски натуральные?
— И бекон тоже.
— Последнюю рубашку с нас не снимут за такой завтрак?
— Не хватает денег на жизнь?
— Поймал… — Соломон рассмеялся и взялся за яичницу. — Неплохо, совсем неплохо…
— У нас назревают неприятности? — поинтересовался Уваров, тоже принимаясь за еду.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что ты приехал.
— Только поэтому?
— Только поэтому, — спокойно подтвердил Иван. — Я не вижу, чтобы в городе назревали проблемы по нашему профилю.
— А не по нашему? — быстро спросил Терри.
— Тоже нет. И осведомители молчат.
— В городе тихо?
— Абсолютно.
— Никакого терроризма?
— Никакого терроризма, никакого экстремизма и при этом никаких конференций, юбилеев или других мероприятий, которые бы заставили Эдмонда Кравеца прилететь в Москву.
Уваров не оговорился, а расчётливо бросил вопрос, чтобы посмотреть на реакцию Терри. Поэтому ответил Соломон не сразу, сначала доел завтрак. Затем взялся за кофе и, не глядя Ивану в глаза, криво улыбнулся:
— Ты об этом знаешь?
— Да.
— Кравец не афиширует свои передвижения по миру.
— Это моя земля, и я обязан знать, что здесь происходит или будет происходить, — размеренным тоном объяснил Иван. — А для этого я должен знать, кто находится на моей земле и зачем. — Он выдержал короткую паузу. — Но, если честно, гораздо больше меня заинтересовал тот факт, что в Москву летит Альбертина Донахью, президент «MechUnited».
— Об этом даже я не знал, — очень тихо произнёс Терри.
Уваров ответил спокойным взглядом.
— Ты «пасёшь» аэропорты, причём «пасёшь» так плотно, что тебе сливают даже закрытую информацию о перемещениях представителей высшего сословия.
— Это моя земля, и я обязан знать, что здесь происходит или будет происходить.
— Айвен, ты понимаешь, что это незаконно и подозрительно?
— А кого Янг обещал дать тебе в напарники?
— Своего лучшего парня, — протянул Соломон. И рассмеялся: — Теперь я на сто процентов уверен, что никто не мочился в суп. — Он подозвал официанта, заказал ещё кофе, после чего стал серьёзнее: — Поговорим о делах. Разве Мирам Абашева не проблема?
— Пока непонятно.
— Что ты о ней скажешь? — Судя по всему, Соломон отлично подготовился к разговору с Иваном.
— Я её знал, — кивнул Уваров.
— И не просто знал, — уточнил Терри. — Семь лет назад ты помог ей выпутаться из очень неприятной истории. Больше она в поле зрения полиции не попадала. — Попадала.
— В поле зрения попадала, но обвинений ей больше не предъявляли. — Соломон посмотрел Уварову в глаза. — Мирам была твоим осведомителем?
— Да.
— Значимым?
— Среднего уровня.
— Спал с ней?
— Нет.
— Веришь, что Абашева перешла «барьер 66»? — спросил Терри после того, как принесший кофе официант отошёл от столика.
— Нет, — твёрдо ответил Иван. — Мирам очень внимательно относилась к содержанию генофлекса.
— Это подтверждено результатами экспертизы: в ней было всего четырнадцать процентов. Результаты экспертизы, как ты понимаешь, засекречены.
— Понимаю… — едва слышно протянул Уваров. — Понимаю…
Естественно засекречены, потому что разлом не может произойти при содержании генофлекса ниже шестидесяти шести процентов, что подтверждено результатами многочисленных экспериментов и многолетним опытом. Поэтому до тех пор, пока детективы Биобезопасности не объяснят аномалию, о её существовании никто не должен знать. При этом оба они, и Соломон, и Уваров, оставались спокойны, поскольку были на сто процентов уверены в том, что необъяснимый разлом вызван…
— Думаю, кто-то приволок в Москву партию палёного генофлекса, — вздохнул Иван.
— Крупную партию, — поддержал его Терри.
— Меня смущает, что у нас всего одна жертва.
— Возможно, палёный генофлекс только запустили в оборот.
— Возможно…