он считал нормой для себя и всех остальных. То есть он воспринимал себя – в виде чего-то, какой-то конструкции. Будь-то более материальные или же какие -то абстрактные формы. И уже потом – воздействия окружающего мира на эти конструкции. В воображении происходили какие-то реакции, которые Роман анализировал и делал выводы. Воображать себя водителем робота ему нравилось. Это было похоже на управление мозгом – тела. Это успокаивало своей основательностью, массивностью и неспешностью. Этот способ саморефлексии пришел ему на ум, когда он проходил мимо магазина игрушек. Там среди коробок он "засек" кого-то. Одно из самых обычных явлений для Романа было принятие человеком (его душой), под некоторым воздействием – материальных форм, разных в том числе и бытовых предметов. То есть живешь себе, живешь, а на самом деле ты – коробка. Вот такой коробкой и оказался молодой мужчина. Роман мысленно с ним пообщался. Тот спрашивал, неужели наш герой тоже "Должен", и в целом представился «забитым,» скромным человеком. Как раз он, как придумалось Роману, использовал такой вид саморефлексии. Тогда это показалось ему глуповато, но иногда он все же вспоминал этого мужчину-робота, и пару раз пробовал "существовать" так же. И вот сейчас, чувствуя подавленность и истощенность, Роман стал мысленно нажимать рычаги и переставлять большие стальные ноги. На пути была лужа, покрытая льдом, наступив на которую, Роман неловко провалился одной ногой. "Пуфф!"– прозвучало в голове. Его подбили. Стало весьма обидно, и совсем не хотелось разбираться кто и зачем его подбил. Отец спросил все ли нормально. Роман нервно ответил, что да, хотя в голове промелькнуло чувство паники. Наступило чувство потерянности и озабоченности. Отцу надо было зайти в магазин. Роман остался ждать на улице. Тут у него в сознании появилась какие-то карточки с клоунами, они были довольно пугающими, и голос какой-то девушки, которая их изучала, сообщила, что один клоун сбежал. У Романа в голове возник образ торгового центра, где он работал. Все люди были в нем замершие на месте, застывшие. И клоун, похожий на шляпника из фильма "Алиса в стране чудес", бежал среди людей. Он заглянул Роману в лицо. Роман ощутил небольшой страх и чувство беспомощности. Надо было что-то делать, вот только что? Тем временем отец вышел из магазина, и они отправились выбивать пыль из ковра.
Они развесили красный большой ковер на турнике, предварительно повозившись. Роману он показался жутко "неудобным" и пыльным. Отец выбивая пыль, начал что-то говорить сыну. И тут наш герой осознал, что не понимает ни слова. Было такое ощущение, что его папа решил пошутить и начал говорить набор случайных, не связанных между собой слов, активно пользуясь мимикой и жестикуляцией. Но его лицо было серьезно, и Роман, стараясь изо всех сил, стал делать вид что слушает, кивая и поддакивая невпопад. Ощущение было как будто он напившийся школьник. У него было стремление скрыть своё состояние. Почему? Наверное, потому что боялся. Не родителей, а признания, что болен. Он надеялся это пережить и потом не предавать всему происходившему значения, как бывало раньше. Признание себя больным, тем более психически – было чертовски неприятным и сложным актом.
Наконец они отправились домой. Обратно – на маршрутке, в обнимку с ковром. Узор ковра зачаровал Романа, он был похож на забор из сетки, состоящий из ромбиков. В узоре ковра он увидел розу. Роман считал растения одушевленными и в каком-то смысле разумными. Роза пустила корни, и начал расти стебель. Роза была опасным цветком, связанным с кровью. Существовали какие-то правила поведения с этим растением, но сейчас она росла в каком-то особом измерении, геометрически правильном. Роман подумал, что был бы он внутри сетки, ему пришлось бы попотеть что бы не стать удобрением. Но сейчас роза росла как бы на "полях", заполняя рамки. Это, думал Роман, даже правильно и красиво, хоть и опасно. Про себя Рома начал мечтать, что в образовавшемся, изолированном пространстве можно будет каким-нибудь способом повеселиться с друзьями. Но болезненное состояние не отпускало и вынуждало идти по линии которую диктовало воспаленное сознание.
