— Угу… Мне надо подумать, — и ушёл бродить по дому. Ищет место дверям, наверное. Я за ним. Интересно же, что надумает. А он гладит стены и бормочет, — Ледник… Тама того. И тута ишшо. Подвинуть… Детишкам. Мало. Ишшо. А вот тута… Эвон ты как. Не. Не так. Не влезает? А здеся? Вот. Я и о том, молодец. Неудобно? Почему? Перевешивает? Добавь, что б не падала. Ну, поширше сделай. Много — не мало. Кабинету? Давай посмотрим.
Избушка скрипела.
— Гриш, может ей неудобно? И выйти надо?
— Не. Кухню мы ж посерёдке не трогаем. Ты сиди. Не ходи за мной. Чичас усё сделаем.
Сижу. Жду. Лестница развернулась вдоль стены. Из кухни что-то многовато дверей ведёт. На стене ванной — две, рядом с лестницей по углам, тоже две — на веранду. В оранжерею двойные широкие двери со стеклом стали. Надо будет подвинуть стол и лавку от них.
— Гриш, скоро? Мне же интересно!
— Погоди, чичас усё по уму надоть, — наверху что-то двигается, гремит, — Иди смотреть.
Бегу наверх. Попадаю в широкий коридор, по правой стороне стена и дверь в мою комнату за печной трубой. Комната почти такой же осталась. Все для рукоделия пропало у стены под окнами. Свободнее стало. Там только мягкие пуфики, что у балкона стояли. На балкон двери широкие вместо окна и двери, как в оранжерею. Правильно, света больше. В оранжерею окна остались, но шире и больше. Бегу смотреть дальше, в комнаты ребят. Не поняла… И как сразу не заметила-то? Небольшой холл из коридора посередине. В нем четыре двери. Зачем четыре? Ближе к лестнице комнаты с окнами на разные стороны дома. Захожу, комнаты одинаковые и пустые. Следующие двери рядом в торце холла. Заглядываю в них. Стоят сундуки одежные. Столики небольшие со стульями, полки висят на стенах. Это он ребят сюда определил, я так понимаю. Окна выходят тоже на две стороны дома. На полу матрасы, подушки и одеяла. Приготовил для кроватей, наверное. Небольшие, но им не нужны хоромы огромные. Кровати сделаю. Не проблема. Но зачем так много комнат?
— Гриш, а комнат так много зачем?
— Ты сказала, что б не переделывать. Вот. На будущее. А вдруг, ещё кто будет?
— Ну… Пусть будут. Пошли дальше?
— Ты на балкону свою выйди.
Выхожу… Ого! Это целая комната. Какой балкон? Они его застеклили выше перилл. И есть ещё одни двери в коридор, к лестнице. Сейчас все окна распахнуты, лёгкий ветерок шелестит лепестками цветов в ящиках за окнами.
— Гриш, а стекло где взяли?
— Дык, я запасливый. Не помнишь что-ли покупали телегами? Я тады и сделал запас.
— Не помню. Я такая замотанная была, что даже сколько животных брал, не помню. Много, и всё. Хорошо здесь стало. И ребятам есть, где поиграть в дождь и зимой. А это, ты качели мои детские повесил? Правильно. И гамак вижу. Молодцы вы с избушкой! И игрушки все в одно место снесли. Всё мои детские запасы, смотрю, здесь?
— А чаво им без дела лежать? Я и цветных палочков твоих сюда определил. И листочков им положил. И ящички цветные с кисточком. Картинки со зверями и неведомыми картинками, тож сюда. Пущай рисовают. У Маняши хорошо ж выходит. И куклов на полки посадил с волосатыми зверями. А Мишутке, вон, в ящике, структуру тваво насыпал.
— Конструктор?
— Во-во. Его самого. Токо, пущай сам разбирает. Я усё вместе сыпанул.
— Правильно всё сделал, Гриш. Идём дальше? — на веранду с визгом вбежали ребята и застыли с огромными глазами.
— Ну, чего стоим? Осваивайте. Вам сделали для игр комнату. Отсюда игрушки не таскать по дому, — смотрю на ребят, а сама стараюсь не улыбаться. Уж больно у них мордашки восторженные. Кивают так сильно, что, того и гляди, голова отвалится. Оставили пищащих детей и пошли дальше. В конце коридора выход в оранжерею на балкон. Спустилась по лестнице в неё. Вот и нашлась пропажа. Гриша определил мне тут место для рукоделия. Я всегда жалуюсь на то, что света мало. Самое светлое место в доме выбрал. Рукодельничать тут будет очень хорошо. Среди зелени.
— Гриш, на кухне стол и лавку надо от дверей подвинуть, что б ходить нормально.
— Да я уже.
