— Понятно, — Иван ещё раз оглядел взволнованные лица. — А теперь кто-нибудь расскажет мне толком, что здесь произошло, что вы все тут делаете, и чем занимался этот самый Илья Игоревич?
— Ну, так это… — из группы поспешно вытолкнули худощавого мужичка. Тот нервно тряс головой и старался просочиться назад. Укрыться, значит, за чужими спинами. Но ряды позади него сомкнулись, и бедняга, осознав тщетность своих усилий, нерешительно заговорил. — Это… надысь собрали весь народ и сказали, что этим днём все, кто при складах да амбарах приставлен… это… будет в новое хранилище перетаскивать, что прикажут.
Мужчина говорил медленно, словно старался как можно аккуратнее слова подбирать. Явно беспокоился, что в случившемся его виноватым объявят. Лудильщиков решил до поры дядьку успокоить:
— А тебя самого, милейший, как звать-величать?
На простой вопрос тот поуверенней ответил:
— Так Евсеич я. Лука Евсеич Дерюжин. На мне да моей бригаде те амбары, что возле рынжарей да поля с люпинами. Вот все мои люди по приказу и явились, да мешки с листвием всяческим сушеным в новый склад потащили.
— А Илью Игоревича откуда знаешь?
— Нууу, так это… На нём же четыре аж склада с железяками всякими. Умный был — страсть! Мы с ним, бывало, после бани сидим, так он всё про дальние города рассказывает, про уклад тамошний, да какие люди там бывают. А я ему про наш Сарапул, сёла да деревни окрестные. Сам-то я тутошний, а Илья Игоревич, пухом пусть будет ему земля, только после Троицы к нам приехал. Да сюда со всех краёв народ идёт. Работа тут есть, да и с денежкой не обижают.
Иван терпеливо ждал, когда Евсеич в рассказе своём до главного доберётся. Тот и впрямь спохватился, вспомнил, кто перед ним, и о чём в самом начале беседы хозяин узнать желал.
— Вот мужики с утра самого и начали со всех складов всячину сюда стаскивать, а мы с Игоричем, Федулом и ещё с тремя мужиками, под которыми другие склады, всё по спискам проверяли. У нас у каждого свой список имеется — управляющий на той неделе дал, велел изучить и сегодня по нему сверяться. — Мужичок достал из-за пазухи несколько изрядно смятых листов и Лудильщикову протянул. — Умный он, управляющий — страсть! Лучше всех знает, что у кого в амбарах делается. Так вот он, — Лука кинул хмурый взгляд на лежащее тело, — вдруг отчего-то всполошился, к ящикам полез. Надо, говорит, штемпель проверить. Мол, привиделось ему, что не на том месте он вчерась штемпель ставил… А там… Запнулся. Руками замахал, за один ящик ухватился, а верхний аккурат на себя и опрокинул, — рассказчик сокрушенно покачал головой и в ожидании на Ваню уставился.
Иван в который раз окинул взглядом место происшествия. Хранилище. Вдоль одной из стен штабеля ящиков. С другой стороны стеллажи до потолка убегают вдаль бесконечной лентой. Во всех современных магических помещениях с функцией складирования есть свойство увеличения внутреннего пространства: в простых — несильно, а в дорогих конструкциях — считай, до несчётного уровня. Лудильщиков постарался разглядеть дальнюю стену. Ага, пара вёрст до неё, не иначе.
Вокруг сундуки и мешки, какие — на помостах, какие просто на полу свалены. Потом это всё погрузят на тележки и развезут по своим секциям, а пока грузы, с других складов доставленные, велено просто посередь зала укладывать. На полках ближайшего стеллажа лежали мешочки с золотыми монетами. В трех метрах от входа, раскинув руки, распласталась жертва — невысокий мужчина в добротном костюме. Шея под неестественным углом вывернута. Рядом стоял ящик-убийца. Ваня попробовал ногой сдвинуть его с места. Не получилось, вес немалый.
Заклинание Среднего Диагноста, работающее, покуда разговоры велись, давно уж вердикт вынесло. Неутешительный: не жилец. Иван озадаченно головой покачал — вот ведь «везение» у человека. Мужчина имел неплохой уровень. Не запредельный, но выше семнадцатого точно. Явно был магом, да и физическим развитием не пренебрегал. А на ровном месте погиб. Да ещё так… Лудильщиков даже затруднялся это описать. Угол дубового ящика так «удачно» вошел в шею, что буквально отстегнул один позвонок от другого. Чисто, аккуратно, с минимальными повреждениями. Нервы, сосуды — почти всё цело, но… вот этого скромного «но» и хватило, чтобы отправить на тот свет явно не последнего даже по столичным меркам мага…
Фантастическое невезение. Хотя… Иван хмыкнул, ведь в этой истории есть ещё одно «но». А именно — случайно проходивший мимо Высший Целитель…
Не медля больше ни секунды, Лудильщиков произвёл нужные плетения. Пара мгновений — и шея с лёгких щелчком вернулась в нужное положение, сердце возобновило свой бег, разгоняя не успевшую остыть кровь, по нервам пробежали электрические разряды, вызывая судорожные подергивания. Новый вдох, ещё один, и ещё. Теперь стимуляция головного мозга и…
Иван нахмурился, дополнил в целительскую «сеть» ещё одно плетение, потом ещё, начал водить перед собой руками, словно старался ухватить что-то неуловимое.
— Хм… Странно.
