Весной делаю курсовой — городская планировка зданий в условиях Заполярья, профессор архитектуры посмотрел: «Подумай-ка ещё, мне кажется, что немножко тесновато и как здесь организовать транспорт, пока не ясно». Здания я соединил надземными переходами, поэтому расстояния между ними не могли быть очень большими. Про фундаменты профессор ничего не сказал, но я сразу понял, что всё, что я рисую, очень красиво, а про мерзлоту забыл, увлёкшись только размещением зданий. Транспортную схему я решил, а про мерзлоту промолчал, в пояснительной записке написал, что города в Заполярье должны быть на скальных грунтах. Пронесло, что такое Пермафрост, мало кому было известно, а оригинальность понравилась. На следующее лето разрешения уехать не дали, а направили на стройку. Со стройматериалами нас познакомили заранее, посылали экскурсиями туда, где пилят лес на доски, делают бетонные кольца и железобетонные плиты. На фабрике бумаги и картонных изделий на складе напоролись мы на груду недавно обменянных денег, вот коллекционеры-то обрадовались! Учили нас и электросварке — железные прутья, арматуру для бетонщиков, сваривать. Направили меня поработать каменщиком, принимаю снизу тачки с раствором, мастерком раствор этот кладу на стену и на него кирпичи, строим четырёхэтажное здание ЛЭТИ — электротехнического института. Вдруг внизу крики, беготня, в Карелии война, орут! Чтобы повнимательней разглядеть, прижимаюсь к доске-оградке на лесах, а дощечка эта, со скрипом, медленно стала отгибаться наружу! Инстинкт сохранения, очевидно, сработал, какая-то сила резко отбросила меня к стене, где мы только что делали кладку. Очнулся и сразу помчался вниз. В конторке уже собралась вся бригада, пришёл прораб и всех успокоил, «Никакая это не Карелия — Корея, она на Дальнем Востоке, рядом с Китаем и Японией, успокойтесь и идите работать!» Каменщиком проработал ещё целый июль, но в августе опять Летний Сад и Острова!
Никем не замеченная ляпа на курсовом не даёт мне успокоиться, пересматриваю этот чертёж и вижу, что ничего не получается хорошего, если под фундаментами нарисованного будет мерзлота. Дома покроются трещинами, появятся просадки, переходы обрушатся. То, что я изобразил, — ошибка! Решение, как строить на мерзлоте, надо ещё разыскать! В Москве строят высотные здания, этакое кремлеподобное со шпилями и скульптурами. Кирпичом и раствором на тачках не обойдёшься — кусочки стен украшены барельефами, скульптуры делаются где-то, привозятся и монтируются на здании. Идея подхвачена, и простые дома начали складывать из блоков, а блоки кирпичные, выкладываются внизу, на площадке. На некоторых стройках эти блоки, их назвали панелями, изготовляют на своём заводе из специального бетона. Новенькое всегда интересно, сборка проще кирпичной кладки, сокращает время. Железобетонные панели давно делают на заводах, там же начали делать и панели стен. В институте принялись изучать конструкции, я заинтересовался расчётом и монтажом панелей. Вдалбливанием в наши мозги, как работать с деревом, рассчитывать и конструировать железобетон, где и как применяется стальной профиль, наполнены оба семестра, с осени и до весны.
Летом мужикам не производственная, а военная практика. Выдали униформу, пилотки, рассчитали повзводно, разместили в палатках. Сортиров нет, для этого позади палаток выкопана канава, глубокая, перед отъездом закопаем. Там же «рукомойник» — жестяной короб с краниками. Утро, подъём, все гурьбой выбегаем к канаве и рукомойнику — зрелище отменное, незабываемое! Начинаем с построений: «На первый, второй рассчитайсь, ряды сдвой! Шагом марш! Правое плечо вперёд, пря-а — мо!» к месту приёма пищи.
На занятиях по подрывному делу один тощий высокий студент берёт в рот взрыватель, чтобы прижать вставленный туда шнур. Взрывник-подполковник белеет, спокойно подходит, аккуратненько вынимает этот взрыватель изо рта верзилы и зажимает шнур. Ничего не говоря, привязывает взрыватель к берёзке и поджигает шнур. «Теперь, му… к, посмотри, что могло приключиться с твоей шеей». Бах, и верх деревца отлетает в сторону. Подполковник этот учит нас делать заряды, устанавливать мины и ловушки — он прошёл всю войну и всё время повторял: «Сапёр ошибается только один раз!»
Начальник военной кафедры полковник Агроскин, специалист по переправам, говорил «Вы, лейтенанты, должны всегда помнить, что на переправах вы командуете, стоя спиной к врагу, вы мишень, поэтому заранее определитесь на месте».
Лагерь на берегу Вуокси, в реке и около — остатки войны. После отбоя мы на реке купаемся и собираем сувениры, в том числе валяющиеся патроны. Насобирав их, однажды вечером зажгли костёр и побросали туда эти патроны, то-то началось: пальба, пули свистят, искры летят — война! Начальство примчалось… Догадываетесь? Но лейтенантов из нас всё-таки сделали.
